roman_rostovcev (roman_rostovcev) wrote,
roman_rostovcev
roman_rostovcev

ИМПЕРАТОР ОЙКУМЕНЫ. ДЕТИ ПЕРНАТОГО ЗМЕЯ

Тем временем Кортес правил в Новой Испании с августа 1521-го по октябрь 1524 года. Он вел себя как абсолютный монарх, причем монарх деятельный. После его победы над империей мешиков не прошло и нескольких месяцев, а он уже замышлял дальнейшие путешествия ради новых открытий и завоеваний – не дожидаясь даже, пока новости о его триумфе достигнут Испании, и задолго до того, как Совет Индий объявил о том, что хочет видеть в новообретенной империи Новой Испании.
Ввиду этого в начале 1522 года Кортес послал Родриго Ранхеля – старейшего члена своей экспедиции, уроженца Медельина, как и он сам, – в Веракрус, чтобы тот привез оттуда Панфило де Нарваэса. Нарваэс, все еще находившийся в плену со времени своей экспедиции в Новую Испанию в 1520 году, поговорил с Кристобалем де Тапией, агентом братьев-монахов с Эспаньолы и епископа Родригеса де Фонсеки, заверив его, что удача по-прежнему сопутствует Кортесу, с тем чтобы Тапия, вернувшись в Кастилию, рассказал двору о том, что происходит в Новой Испании. После этого Нарваэс согласился отправиться в Мехико. Кортес радушно принял его в Койоакане, и Нарваэс отвечал ему таким же благородством: «Мое поражение – меньшее из деяний, свершенных вами и вашими доблестными солдатами в Новой Испании». И добавлял: «Ваше превосходительство и ваши солдаты заслуживают величайших милостей от Его Величества».

Кортес докладывал Карлу V, что во время своего пребывания в Мехико-Теночтитлане обнаружил среди своих последователей оружейного мастера. Это был Франсиско де Меса из Майрены, что в Севилье, он работал при Родриго Мартинесе, командовавшем артиллерией Нарваэса. Кортес предлагал ему работать на него еще в сентябре 1521 года, всего лишь три недели спустя после окончательной победы. В Таско, примерно в восьмидесяти милях к юго-западу от Мехико-Теночтитлана, нашли медь и олово, а позже и железо. На тот момент у Кортеса было тридцать пять бронзовых пушек, семьдесят пять ломбард и других мелких орудий, многие из которых были присланы ему уже после завоевания. Что касается боеприпасов, то у них имелись селитра и сера, раздобытые Франсиско де Монтаньо, – богатым на выдумки конкистадором из Сьюдад-Родриго, который самолично спускался в жерло вулкана Попокатепетль в поисках этих веществ.

Кортес отправил Гонсало де Сандоваля, самого успешного из своих командиров, тоже родом из Медельина, в Тустепек, что на полпути между Веракрусом и Оахакой, а затем в Коацакоалькос на карибском побережье. Сандоваль был хорошим солдатом и отличным наездником; его лошадь Мотилья считалась лучшей в армии Кортеса. Еще в самом начале кампании против империи мешиков, в 1519 году, когда ему не исполнилось и двадцати лет, Сандоваль поднялся до звания старшего командира, поскольку Кортес знал, что он всегда станет исполнять то, о чем его просят, и делать это хорошо. Он не был импульсивен и непредсказуем – в отличие от Педро Альварадо, при всей его одаренности. На данный момент Сандовалю предстояло, имея в своем распоряжении некоторое количество лучников, сразиться с одним из туземных правителей, чтобы получить возможность основать испанское поселение на реке Коацакоалькос, милях в двадцати от ее устья. Сандоваль назвал его Эспириту-Санто, по имени поселка на Кубе возле Тринидада, в котором он жил.

Судя по всему, этот район населяли индейцы, поклонявшиеся каменным и глиняным идолам, для которых у них были специальные святилища (casas diputadas a manera de hermita). Слово «coatzacoalco» означает «святилище змеи». Земля здесь была богата маисом, бобами, бататом и тыквами, равно как и множеством тропических фруктов, дичью и рыбой. Сандоваль разделил эту новоотвоеванную землю между несколькими последователями Кортеса: ими были Франсиско де Луго из Медины-дель-Кампо, непокорный Педро де Брионес, генуэзец Луис Марин из Санлукара, эстремадурец Диего де Годой, а также – последний по счету, но не по значимости – хроникер Берналь Диас дель Кастильо.

Все эти люди прибыли из совершенно различных частей Испании: Луго был незаконнорожденным сыном Альфонсо де Луго, правителя Фуэнкастина в северо-западной части Кастилии, и дальним родственником Диего Веласкеса с Кубы. Брионес, уроженец Саламанки, был одним из немногих конкистадоров в Мексике, кто прежде сражался в Италии. Как кратко отзывается о нем Берналь Диас, «в Италии он был хорошим солдатом – согласно его собственным словам».

Отец Луиса Марина, урожденный Франческо Марини из Генуи, был одним из многих генуэзских банкиров, кто в то время утвердился в Андалусии – особенно в Санлукаре-де-Баррамеда. Сам Луис Марин стал близким другом Сандоваля во время кампании против мешиков. Его брат был убит, сражаясь вместе с Нарваэсом. Диего де Годой родился в Пинто, к югу от Мадрида – хотя, судя по его имени, изначально его семья проживала в Эстремадуре. Он являлся одним из нескольких нотариусов в экспедиции Кортеса и был компаньоном своего предшественника Грихальвы. И наконец, Берналь Диас дель Кастильо, который позже станет автором знаменитой хроники завоевания: он был уроженцем Медины-дель-Кампо, родного города Монтальво, автора «Амадиса Гальского», которого Диас, должно быть, знал в детстве{214}. Возможно, до похода Кортеса он участвовал еще в двух экспедициях в Новую Испанию – Эрнандеса де Кордобы и Грихальвы.

Небольшое поселение Эспириту-Санто стало базой для дальнейшего проникновения в Гватемалу и Юкатан. Диас женился на испанке по имени Тереса Бесерра, с которой поселился в Гватемале после того, как она была завоевана Альварадо. Там он принялся разводить апельсины и писать свою знаменитую работу. Те из испанцев, кто поселились там, были очень рады обилию всего, что можно было найти в этом регионе, – соли, перца, хлопковых тканей, сандала, нефрита, золота, янтаря и больших зеленых кецалевых (квезалевых) перьев.

Впрочем, нельзя сказать, чтобы этим конкистадорам приходилось так уж легко. Они посетили несколько пуэблос (индейских поселков), где, по их предположениям, индейцы были настроены дружелюбно, и предлагали им мир – разумеется, на своих условиях, в которые обязательно включалось признание вассальной зависимости от императора Карла. Часто они подвергались нападениям. Диас дель Кастильо был ранен в горло. Луис Марин вернулся в Мехико-Теночтитлан, чтобы просить помощи у Кортеса, который отправил его обратно в Коацакоалькос с тридцатью солдатами под предводительством Алонсо де Градо из Алькантары.

Градо был одним из наиболее интересных критиков Кортеса на ранней стадии его кампании. Берналь Диас дель Кастильо, который был его спутником в 1522 году, говорил о нем, что тот хорошо информирован, владеет искусством разговора и умением держать себя, но «скорее источник неприятностей, чем боец». Он владел энкомьендой в Буэнавентура на Эспаньоле. Несмотря на его репутацию и несмотря на его постоянные ссоры с Кортесом (тот неоднократно подвергал его наказаниям), последний отдал ему в жены Течуипо (Исабель), дочь Монтесумы.
Убедившись в том, что Коацакоалькос полностью подчинен, весной 1523 года Сандоваль и его друзья выступили на завоевание земель, которые ныне составляют штат Чьяпас. У них было двадцать семь всадников, пятнадцать арбалетчиков, восемь мушкетеров и черный канонир с пушкой. С ними выступили семьдесят пехотинцев и еще большее количество коренных мексиканцев – в основном из Тласкалы. Последовало множество одиночных стычек с индейцами-чьяпанеками, вооружение которых составляли закаленные на огне дротики, луки со стрелами, а также длинные копья с режущими краями. У этих индейцев имелись хорошие хлопковые панцири, оперенные стрелы и деревянные маканы (мечи) в ножнах, пращи для метания камней и лассо для ловли лошадей; временами они использовали против своих врагов горящую смолу, а также канифоль, кровь и воду, смешанные с золой.

Битва состоялась при Истапе, в двенадцати милях от Сан-Кристобаля, ставшего затем столицей Чьяпаса. Индейцы убили двоих испанских солдат и четыре лошади и ранили Луиса Марина, который провалился в болото, – это было все, чего они смогли добиться при помощи луков и стрел.

В конце концов индейцы были разгромлены, и торжествующие испанцы уселись на поле боя и принялись есть вишни, найденные неподалеку. Индейцы-шальтепеки, которые были врагами чьяпанеков, предоставили им проводников для переправы через быструю реку Чьяпас. Благодаря этой помощи Градо и Марин получили возможность окружить сам город Чьяпас, после чего они вызвали к себе вождей и предложили им уплатить дань императору Карлу, что те и сделали.

Испанцы нашли три огороженных деревянными поручнями тюремных сооружения, набитых пленниками в ошейниках. Освободив их, конкистадоры двинулись дальше завоевывать Чамулу, осада которой далась им не так легко. Диас дель Кастильо первым вошел в город, вследствие чего Кортес отдал Чамулу ему во владение (к этому времени у него уже была энкомьенда в Теапе). Как часто случалось в те дни, вслед за поражением индейцев начались разногласия между испанцами; в результате ссоры между Марином, Градо и нотариусом Годоем создававший проблемы Градо был отправлен в Мехико-Теночтитлан как арестант, с вооруженной охраной.
Tags: Император Ойкумены
Subscribe

Posts from This Journal “Император Ойкумены” Tag

promo roman_rostovcev december 8, 2015 15:10 20
Buy for 50 tokens
SH.
В своё время, пару лет назад, я написал набор из 12 небольших эссе о Шерлоках: https://yadi.sk/i/PivgitK9v2hze Это сравнительные эссе о классическом Шерлоке Дойла и Шерлоке из британского сериала. Своего рода энциклопедия конспирологии на викторианской основе:) Если хотите помочь автору:…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments