roman_rostovcev (roman_rostovcev) wrote,
roman_rostovcev
roman_rostovcev

ВСЕЛЕННАЯ МУШКЕТЕРОВ. СЕРЫЙ КАРДИНАЛ

В романе «Три мушкетера» имеется один весьма примечательный абзац. Он следует сразу после того, как д’Артаньян, обнаруживший пропажу рекомендательного письма, грозит трактирщику именем командира королевских мушкетеров: «Эта угроза окончательно запугала хозяина. После короля и кардинала имя господина де Тревиля, пожалуй, чаще всего упоминалось не только военными, но и горожанами. Был еще, правда, отец Жозеф, но его имя произносилось не иначе как шепотом: так велик был страх перед "Серым Преосвященством", другом кардинала Ришелье».
К сожалению, дальше тема отца Жозефа не развивается, и повторно к этому персонажу Александр Дюма возвращается лишь в романе «Двадцать лет спустя», в котором вскользь замечается:
«Комендантом Бастилии был в то время господин дю Трамбле, брат грозного любимца Ришелье, знаменитого капуцина Жозефа, прозванного серым кардиналом».

Вот, собственно, и все. А жаль. Ибо «грозный любимец Ришелье», он же Франсуа Ле Клерк дю Трамбле, он же отец Жозеф, действительно прозванный «серым кардиналом», был одной из самых главных и самых таинственных личностей той эпохи.

Вообще-то говоря, история полна таких незаурядных и даже выдающихся личностей, деятельность которых проходила в тени великих мира сего. Их, не без участия Дюма, стало принято называть «серыми кардиналами», хотя в случае с отцом Жозефом это и не совсем верно, ибо он кардинальского сана не имел и был простым монахом, носившим серую рясу с капюшоном. В западной литературе его еще именуют «серым преосвященством», подразумевая не только цвет его одеяния, но и то место, какое он занимал в эпоху кардинала де Ришелье.

Он родился в 1577 году и был выходцем из знатной французской семьи. Его отец, Жан Ле Клерк дю Трамбле, принадлежал к так называемому чиновному дворянству и служил канцлером при дворе герцога Алансонского, младшего сына короля Генриха II и Екатерины Медичи. Кроме того, он занимал пост президента Парижского парламента (высшего королевского суда) и выполнял важные дипломатические поручения французской короны. Мать будущего отца Жозефа, Мари Мотье де Лафайетт, происходила из родовитой и богатой семьи провинциальных дворян.

Получив блестящее духовное образование и проявив незаурядные способности, Франсуа Ле Клерк дю Трамбле рано проникся сильным религиозным чувством. До двадцати лет он путешествовал по Италии, потом служил в армии и даже отметился при осаде Амьена в 1597 году, ездил с важной миссией в Лондон. Однако в 1599 году он бросил все и стал монахом ордена капуцинов, образовавшегося в XVI веке и взявшего на себя (как и орден иезуитов) задачу обеспечения торжества католицизма. Следует отметить, что решение оставить мир юноша избрал кардинальное: орден капуцинов был одним из самых строгих из всех монашеских организаций, славился суровой дисциплиной, аскетическим образом жизни и полным воздержанием от какой-либо роскоши.

Став членом ордена и взяв себе имя отца Жозефа, он развил очень активную деятельность по борьбе с протестантизмом. С этой целью, в частности, он при поддержке папы Павла V создал женский монашеский орден дочерей Святого Креста и составил для монахинь специальный молитвенник. Но более всего его занимала идея нового Крестового похода против турок. Он был одержим ею и готов был положить все силы на его организацию. Естественно, время Крестовых походов давно прошло, поэтому отец Жозеф оказался едва ли не последним, кто еще мечтал освободить Константинополь и Святую землю. Поначалу он отправлял на Ближний Восток миссионеров, но затем получил самую активную поддержку со стороны герцога Неверского, ставшего в 1627 году также и герцогом Мантуанским, который уже имел опыт боевых действий против турок в Венгрии.

Герцог взял на себя подготовку армии и флота. Он основал новый духовно-рыцарский орден Воинства Христова, а отец Жозеф занялся активной агитационно-дипломатической работой. По разным странам он рассылал монахов-капуцинов с призывами к походу, а сам стал объезжать католических государей, склоняя их принять участие в экспедиции против турок. Он побывал в Италии, Германии, но наибольшие надежды возлагал на Францию и Испанию. Он заручился поддержкой Мадрида, надеялся также на Польшу, на греков и албанцев. Но в 1618 году началась Тридцатилетняя общеевропейская война, и она спутала отцу Жозефу все планы.

После этого отец Жозеф занимался преимущественно делами своего ордена и женского ордена дочерей Святого Креста.

С Арманом-Жаном дю Плесси-Ришелье отец Жозеф познакомился в 1610 году. Тот не входил тогда в Королевский совет, а был только епископом Люсонским и занимался церковными делами. Безусловно, они произвели впечатление друг на друга, иначе невозможно было бы их более позднее сближение, которое произошло в 1624 году, когда де Ришелье, пользуясь полным доверием Людовика XIII, уже занимал в Королевском совете главенствующее положение. Именно в это время он пригласил к себе на службу отца Жозефа. Прекрасно зная об опыте монаха, приобретенном во время подготовки Крестового подхода, кардинал сделал сферой его деятельности внешнюю политику и дипломатию.

После этого отец Жозеф добился влияния при дворе и постепенно стал первым сотрудником кардинала, политику которого он проводил в наиболее важных и ответственных миссиях.

О дипломатической деятельности отца Жозефа известно очень мало, и это неудивительно, ведь тайные переговоры не протоколировались, и мы знаем в лучшем случае только их результаты. Первой важной миссией, которую он провел по поручению де Ришелье вскоре после того, как тот пригласил его на свою службу, были переговоры в Риме в 1624 году. Не вдаваясь в детали сложной политической игры, которая там велась, отметим, что кардинал добивался контроля над альпийскими перевалами и, соответственно, над теми северо-итальянскими землями, где они пролегали. Переговоры завершились для Франции в целом успешно, и это произошло во многом благодаря искусству отца Жозефа.

В своих «Мемуарах» де Ришелье выражает полное удовлетворение итогами переговоров, хотя и не упоминает имени отца Жозефа. Но именно его он в 1630 году отправил на переговоры в Регенсбург. Туда, кстати сказать, был направлен официальный посол Франции, но именно отцу Жозефу, состоявшему при нем, кардинал дал все необходимые инструкции и наставления. Собирая сейм, император Священной Римской империи Фердинанд II, в частности, очень хотел добиться от курфюрстов (князей-выборщиков или электоров) избрания своего сына Римским королем, после чего тот становился законным наследником императорского престола. И несомненно, что одним из наставлений, данных де Ришелье своему агенту-капуцину, было всеми силами помешать этому избранию.

Деятельность отца Жозефа принесла богатые плоды. Поручение кардинала было успешно выполнено. Избрание не состоялось, ибо шесть курфюрстов из семи высказались против. Император по этому поводу якобы сказал, что «нищий капуцин со своими четками его разоружил» и что «в свой тощий капюшон он сумел запихнуть шесть курфюршьих шляп».

При всей своей преданности кардиналу отец Жозеф во внешней политике мог иметь свою точку зрения, которую он прямо высказывал своему господину.

По своим убеждениям он был более ревностным католиком и противником протестантизма, нежели сам кардинал, и потому сильнее склонялся к союзу с Испанией и папством. Это особенно явно проявилось, когда вступивший в Тридцатилетнюю войну в 1630 году шведский король Густав-Адольф предложил кардиналу де Ришелье захватить расположенные на западных рубежах Франции испанские владения Франш-Конте, Артуа и другие в обмен на его согласие, что Швеция захватит епископства Трирское, Майнцское и Кёльнское в Германии. Предложение было очень соблазнительное, и кардинал был склонен его принять, но передача Швеции епископств означала бы проведение там реформации, и именно против этого категорически выступил отец Жозеф. По этому поводу они якобы даже разругались с кардиналом, и капуцин позволил себе обозвать любимого господина «мокрой курицей». Это выглядит удивительно, но «великий и ужасный Ришелье», поразмыслив ночью, утром склонился к мнению своего «серого кардинала» и отказался от предложения Густава-Адольфа.

Но когда позднее война с Испанией все же разразилась, отец Жозеф проникся патриотическими чувствами, желая победы французскому оружию, забывая при этом о христианских чувствах любви и милосердия. Однажды, когда он в качестве неофициального эмиссара кардинала находился в районе боевых действий и служил мессу, к нему подошел капитан, командовавший одним из отрядов, и спросил о дальнейших распоряжениях.

В ответ отец Жозеф, не прерывая службы, спокойно сказал:
— Убивайте всех.

Такую же непримиримость он проявлял и к внутренним врагам, а также к политическим противникам своего господина. Как замечают некоторые исследователи, он был, наверное, единственным во Франции человеком, который испытывал к кардиналу де Ришелье чувство любви. И кардинал платил ему тем же.

Надев серую сутану монаха-капуцина, отец Жозеф формально не занимал никаких постов, но ему и не нужна была власть явная. Не нужна ему была и явная слава — он тихо наслаждался тем, что делал, а делал он следующее: он руководил всеми тайными службами кардинала де Ришелье. При этом его родной брат действительно занимал пост коменданта Бастилии, один взгляд на которую приводил в французов ужас.

В качестве начальника канцелярии де Ришелье отец Жозеф, вместе с четырьмя своими помощниками, исполнял тайные поручения кардинала и в неразборчивости применяемых политических средств превосходил своего начальника. Одним из членов «штаба» отца Жозефа, например, был Антуан Россиньоль, которого считают основателем современной криптографии. Этот удивительный человек придерживался следующей доктрины: надежность военного шифра должна быть такой, чтобы обеспечить секретность донесения в течение срока, необходимого для выполнения приказа, а вот надежность дипломатического шифра должна обеспечивать секретность в течение нескольких десятков лет. Суть шифра Россиньоля заключалась в том, что открытый текст разбивался на отрезки, а внутри каждого отрезка буквы переставлялись в соответствии с фиксированной системой перестановки.

По утрам кардиналу регулярно приносили перехваченную корреспонденцию, докладывали о происшествиях при дворе, о разговорах заключенных, подслушанных тюремщиками. Буквально каждый день кардинал обсуждал с отцом Жозефом полученную шпионскую информацию, вместе они составляли указания своим разведчикам. Организация, созданная отцом Жозефом, помогала кардиналу узнавать о готовившихся заговорах, в частности помогла в раскрытии так называемого заговора графа де Шале.

Де Куртиль в своих «Мемуарах графа де Рошфора» упоминает отца Жозефа несколько раз. В частности, в связи с раскрытием заговора де Шале он от имени своего героя, посланного со шпионской миссией в Брюссель, пишет: «Я должен был поселиться у капуцинов на улице Сент-Оноре, как будто я прибыл туда из какого-то провинциального монастыря. Настоятель, который был человеком отца Жозефа, фаворита кардинала, принял меня, как положено, и после того, как я получил инструкции от самого отца Жозефа, я отправился в Брюссель, куда я должен был прибыть пешком. Это было необходимо, чтобы быть похожим на молодого монаха, верного своему предназначению».

Кардинал безоговорочно доверял отцу Жозефу. Поговаривали даже, что знаменитое «Политическое завещание» кардинала, не издававшееся до 1688 года, было написано не де Ришелье, а отцом Жозефом. Впрочем, ряд серьезных историков считает, что подобное заявление относительно приписываемого авторства делается «вопреки всякой очевидности».

Не было числа врагам всесильного кардинала, не счесть было и покушений на его жизнь. Но за его спиной всегда стоял тот, кому была доверена его жизнь и фактически — безопасность всей страны.
Кардинал даже стал прочить отца Жозефа себе в преемники и многие годы добивался для него кардинальского сана. По мнению многих, отец Жозеф был бы совершенен в качестве Ришелье-второго. Но так уж получилось, что отец Жозеф умер 18 декабря 1638 года.

Некоторые искатели тайных интриг и «скелетов в шкафах» обвиняют кардинала в убийстве отца Жозефа, но это все безосновательно. На самом деле отец Жозеф умер от апоплексического удара в возрасте шестидесяти одного года.

Кардинал де Ришелье был этим совершенно убит. Известно, что после этого прискорбного события он сказал: — Я потерял единственное свое утешение, единственную свою поддержку, моего доверенного человека и мою опору.

Известно также, что вскоре после смерти отца Жозефа фаворитом кардинала де Ришелье стал будущий кардинал Мазарини.

Отец Жозеф стал при кардинале де Ришелье некоей символической фигурой, и понятия «серое преосвященство» или «серый кардинал» благодаря ему стали употребляться для обозначения лица, которое, оставаясь за кулисами, как кукольник за ширмой, заправляет важными делами. Но у каждого «серого кардинала» все равно непременно должен быть свой «красный кардинал», официально облеченный большой властью, коей он наделяет по своему усмотрению доверенных людей. И эти «красные кардиналы» всегда нуждаются в «серых», которым можно поручить самые неблаговидные дела и которых при необходимости можно убрать, сохраняя свое собственное лицо.

Кстати, кардинал де Ришелье, бывало, убирал так своих послов, при которых состоял отец Жозеф, но доверия к последнему никогда не утрачивал. Таким образом, можно утверждать, что отец Жозеф, всегда стоя в таинственной тени за кулисами, был «неформальным» дирижером политики Франции, был замешан во всех интригах кардинала де Ришелье и являлся одним из необходимых персонажей созданной в стране абсолютной власти.
Tags: Вселенная мушкетеров
Subscribe

Posts from This Journal “Вселенная мушкетеров” Tag

promo roman_rostovcev december 8, 2015 15:10 20
Buy for 50 tokens
SH.
В своё время, пару лет назад, я написал набор из 12 небольших эссе о Шерлоках: https://yadi.sk/i/PivgitK9v2hze Это сравнительные эссе о классическом Шерлоке Дойла и Шерлоке из британского сериала. Своего рода энциклопедия конспирологии на викторианской основе:) Если хотите помочь автору:…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments