roman_rostovcev (roman_rostovcev) wrote,
roman_rostovcev
roman_rostovcev

ВСЕЛЕННАЯ МУШКЕТЕРОВ. СТАРАЯ ФРАНЦИЯ, НОВАЯ ФРАНЦИЯ

Войны, налоги, поборы – все это не способствовало росту и обновлению других городов Французского королевства, их облик менялся разве что за счет разрушения средневековых крепостей и оборонительных сооружений. Что же касается жилого фонда, то он оставался таким, каким был триста лет назад. Основным фактором, определявшим различия между архитектурным обликом сельских и городских домов, было наличие свободного пространства. В сельской местности дома были в основном одноэтажными, с разнообразными пристройками, а в городах недостаток места вынуждал надстраивать этажи. Самым распространенным типом домов были фахверковые, отличавшиеся большой прочностью, что позволяло делать их довольно высокими.
С XII века в городах, находившихся в зоне влияния аббатств, начали строить каменные дома, в то время как в независимых городах или находящихся в непосредственном подчинении королю, преобладали деревянные. Чаще всего первый этаж был каменным, а второй, третий, а то и четвертый – деревянными. Окна выходили на улицу, а во двор – хозяйственные пристройки. С улицы попадали сразу в главную комнату, куда вели несколько ступенек; она служила гостиной и столовой, за ней шла другая, поменьше, где готовили пищу, а то и обедали в узком семейном кругу. Торговцы отводили первый этаж своего дома под лавки; нередко под домом имелся погреб. На втором этаже помещались спальни. Лестница находилась внутри дома или снаружи, со стороны двора. Перила на внутренних лестницах начали делать только при Людовике XIII, в старых домах наверх поднимались, держась за натянутый канат. Верхний этаж слегка выдавался вперед, нависая над улицей.

Зачастую дома лепились друг к другу, имея общую стену, но в некоторых городах, в особенности в Бургундии, отстояли друг от друга на некоторое расстояние. Верхние этажи снимали бедняки; чем выше этаж, тем беднее его обитатель. Иногда одну большую комнату делили перегородками на клетушки, в которых теснились целые семьи. Зажиточные горожане строили дома с каменными фасадами, сообразуя их с собственными вкусами и потребностями. Окна располагали так, чтобы они наилучшим образом освещали помещение, а не по законам симметрии. В южных провинциях окна были небольшими, чтобы в доме сохранялась прохлада; в северных – наоборот, многочисленными и широкими. Стены были достаточной толщины, полы – крепкие и прочные; несущие конструкции верхних этажей украшали резьбой.

Оковка дверей, замки и засовы часто были художественного литья, позволяя кузнецам проявить всю их фантазию. Фасады старались по возможности украсить росписью, так что каждый дом имел свою индивидуальность. Своеобразным украшением была черепица; в Бургундии ее покрывали разноцветной глазурью, и блестящие, переливающиеся крыши до сих пор служат визитной карточкой Дижона. Впрочем, крыши покрывали и серым шифером. Нужный адрес находили, ориентируясь по затейливым вывескам, нависающим поперек улицы.

Если о буржуа было привычнее слышать: «купил дом», а не «построил», то главные лица в королевстве, не довольствуясь парижскими особняками, занимались и загородным строительством.
Людовик XIII родился в Фонтенбло, и в честь этого события одни из ворот замка были названы воротами Дофина. Этот замок, просторный, красивый, вместительный, не претерпел при нем больших изменений; Жан Андруэ дю Серсо только пристроил в 1623 году к одному из фасадов лестницу в виде подковы – теперь это крыльцо знаменито тем, что Наполеон прощался на нем с гвардией, отправляясь в ссылку на остров Эльба.

Детство Людовика прошло в другом замке – Сен-Жермен-ан-Лэ. Родители лишь изредка наезжали туда повидаться с детьми, проживая обычно в Париже или в Сен-Клу «Старый замок», где будущий король играл в настоящих солдатиков, стоит до сих пор таким, каким был построен в XVI веке. Дофин жил на втором этаже, в королевских апартаментах, представлявших собой анфиладу из пяти комнат: передней, служившей буфетной и залой для музицирования; королевской спальни с балюстрадой, коврами и портретами царствующих монархов на стене, с кроватью с колоннами, рядом с которой стояла кровать гувернантки; спальни кормилицы; спальни горничной и королевского кабинета.

Вся остальная свита королевского первенца (больше двухсот человек, из них пятнадцать женщин) размещалась на третьем этаже. Генрих IV завершил строительство Нового замка, начатое еще при Генрихе II (он соединялся со Старым замком аллеей, начинавшейся у моста через ров), и останавливался там, когда приезжал к своей многочисленной семье. На пути между Старым и Новым замками был зал для игры в мяч, а в парке были устроены пещеры, в том числе пещера Меркурия с хитрым фонтаном, придуманным итальянцем Франчини: с помощью специального крана можно было неожиданно окатить водой тех, кто находился поблизости; эта забава очень нравилась маленькому дофину. В 1638 году в Новом замке появился на свет Людовик Богоданный – будущий Король-Солнце. Одноэтажный дом, где произошло это радостное событие, – все, что сохранилось до наших дней. Людовик XIII скончался там 15 мая 1643 года.

Пока он был жив, он предпочитал Парижу его окрестности, покрытые густыми лесами, где можно было вдоволь охотиться. Людовик намеренно велел выстроить себе в Версале маленький охотничий домик, а не королевскую резиденцию. Он никогда не проводил там совет, не вызывал министров. Королевские «апартаменты» во втором этаже состояли всего из четырех комнат: прихожей, кабинета, спальни и гардеробной. Прочие участники охот – не более двух «избранных» – размещались в двух крошечных флигелях. Это уже потом его сын превратил Версаль в роскошный дворец, и французские короли сделали его своей «столицей».

Загородные дома не имели постоянной меблировки: если король переезжал из одного в другой, то туда перевозили и мебель. Однажды король провел более четырех часов в монастыре, беседуя с удалившейся туда Луизой де Лафайет (их связывала высокая и чистая платоническая любовь), а когда вышел на улицу, то на Париж обрушился страшный ливень. Возвращаться в Версаль было безумием, а в более близком доме в Сен-Море были одни голые стены: туда еще не перевезли вещи. Капитан гвардейцев уговорил короля отправиться ночевать в Лувр, к королеве. По преданию, в эту ночь был зачат Людовик XIV.

После переворота 1617 года Марии Медичи было предложено удалиться из столицы, и она выбрала для проживания Блуа. Это первое изгнание завершилось самым настоящим приключением: Мария ночью бежала из замка через окно. Сначала она спустилась на крепостную стену по приставной лестнице, которая отчаянно скрипела и раскачивалась. Натерпевшись страху, королева-мать наотрез отказалась воспользоваться другой лестницей, чтобы спуститься на землю. Тогда ее завернули в зимние мантии и спустили этот куль волоком на веревке.

Впоследствии в Блуа поселился младший брат Людовика, Гастон, наконец-то переставший участвовать в заговорах против короля. Он полностью разрушил крыло Анны Бретонской (то самое, из которого Мария Медичи совершила свой отчаянный побег) и поручил Франсуа Мансару построить на его месте более современное здание. Постройка так и осталась незаконченной, однако крыло Гастона Орлеанского до сих пор считается великолепным образцом классической архитектуры XVII века, в основном благодаря своему куполу.

Кардинал тоже провел свое детство в замке – фамильном замке Ришелье в живописной области Бруаж, неподалеку от Луары. Он перешел по наследству к старшему брату Армана, Анри де Ришелье, но в 1619 году тот погиб на дуэли, и род Ришелье пресекся. Арман, тогда еще только епископ Люсонский, сильно переживал смерть брата и был полон решимости любой ценой выкупить родовое гнездо, где родились все его предки и он сам. Дело оказалось долгим и трудным, но в конечном счете Арман приобрел замок и окрестные владения с аукциона за 79 тысяч ливров. В марте 1621 года он вступил во владение своей вотчиной.

Шли годы, епископ стал кардиналом и первым министром короля. Навестив свой замок, он решил превратить его во дворец, где можно было бы достойно принимать короля. Работы начались в 1625 году и не прекращались до самой смерти кардинала. Возведение роскошного замка Ришелье поручил Жаку Лемерсье, поставив только одно условие: оставить в неприкосновенности правое крыло старой постройки – там находилась комната, где Арман появился на свет.

Строительство едва началось, а кардинал уже беспокоился о внутреннем убранстве. Он велел привезти в Ришелье бюсты Людовика XIII и королевы-матери, тогда еще к нему благоволившей. В последующие годы кардинал занялся приобретением окрестных земель, строя грандиозные планы: основать город. В августе 1631 года Людовик возвысил его владения в ранг герцогства (кардинал стал герцогом Ришелье) и даровал жалованные грамоты на строительство города вокруг замка. На стройку согнали более двух тысяч рабочих.

Город был выстроен по единому плану; прямые широкие улицы делили его на правильные квадраты и прямоугольники, дома были одинаковой высоты и архитектуры – из камня или кирпича, с островерхими серыми крышами с крутыми скатами и слуховыми оконцами. Эти оконца были необходимы на случай осады: съестные припасы, главным образом зерно, хранили на чердаках, и благодаря отверстиям в крыше они могли проветриваться и не плесневеть. Время-то неспокойное. Кроме того, город обнесли валом длиной в два с половиной километра.

Ришелье сильно отличался от других французских городов того времени, его называли «самым красивым местечком Франции». Замок тоже рос и хорошел, внутри его украшали великолепные произведения искусства, но кардиналу так и не удалось увидеть его во всей красе: он умер в 1642 году. Его внучатый племянник Арман-Эмманюэль эмигрировал во время Великой французской революции, его имущество было конфисковано, а произведения искусства из замка Ришелье распроданы или переданы в музеи. В 1805 году поместье выкупил торговец Александр Бонтрон; он разрушил замок и распродал его на стройматериалы. От всего былого великолепия уцелели только церковь, оранжерея, погреба и монументальные ворота.

Кардинал старался находиться поближе к королю; когда Людовик уезжал в Фонтенбло, Ришелье жил там же или неподалеку, во Флери, а в 1633 году он приобрел замок в Рюэйе, и этот небольшой поселок понемногу превратился в курортное местечко. В роскошный замок приезжали все важные лица того времени: король, Гастон Орлеанский, Анна Австрийская. Впоследствии он отошел по наследству к племяннице кардинала, герцогине д'Эгильон.

Кардинал Ришелье, который в общераспространенном представлении более известен не как строитель, а как разрушитель (многие оборонительные сооружения протестантских городов при нем были стерты с лица земли, и Франция лишилась памятников средневековой архитектуры), способствовал возникновению новых поселений не только на территории Франции, но и далеко от нее – в Акадии (ныне территория Канады). Одно из первых французских поселений было основано в мае 1604 года на острове Сент-Круа и получило название Пор-Рояль (сегодня это Новая Шотландия). Первый блин вышел комом: суровые климатические условия и эпидемии вызвали гибель трех десятков из восьмидесяти колонистов. Однако баскские, бретонские и нормандские рыбаки продолжали исследовать акадийские берега: прибрежные воды были богаты рыбой.

Большой вклад в освоение Новой Франции внес Самюэль де Шамплен (1567—1635) – протестант из Бруажа. В мае 1603 года он впервые отправился к американским берегам. Вместе со своим непосредственным начальником де Шастом он высадился в 80 лье от устья реки Святого Лаврентия при ее слиянии с Сагенэ; французы оставили там корабли и поднялись по реке до водопада Святого Людовика (там в свое время остановился первопроходец Жак Картье) и исследовали близлежащие территории. Шамплен составил карту местности и подробный отчет о путешествии. Свои исследования он продолжал несколько лет, получив должность королевского географа и капитана королевского флота, а в 1608 году заложил в 130 лье от устья реки Святого Лаврентия город, назвав его Квебек: на языке туземцев это означало «сужение реки».

Шамплен активно вмешивался в жизнь местного населения: он оказал помощь алгонкинам против ирокезов, обеспечил им победу и назвал своим именем озеро, на берегу которого произошло решающее сражение.

Два года спустя, под влиянием открытий, совершенных англичанином Гудзоном, Шамплен решил искать путь в Китай через север и запад Америки. Первая экспедиция по реке Оттава закончилась безрезультатно. Требования момента были иными: Шамплен вернулся во Францию, чтобы набрать колонистов, и привез с собой монахов-францисканцев, которые помогали ему распространять христианскую веру среди туземцев. Но от своих планов он не отступился: снова поднялся по Оттаве, где по воде, где по суше, добрался до озера Гурон, пересек равнины и озеро Онтарио… Подружившись с гуронами, он и им помогал сражаться с воинственными ирокезами, а зиму 1615 года провел среди алгонкинов, изучая их обычаи и язык.

Тем временем во Франции к власти пришел Людовик XIII, но, занятый войной со своей матерью и поддерживавшими ее вельможами, он мало думал о заморских колониях и не оказывал им поддержки. В 1624 году Шамплен приехал на родину, чтобы добиться аудиенции и лично просить о средствах, в которых ему отказывали. Ришелье, вставший у кормила власти, предоставил ему эти средства. Шамплен принялся активно укреплять Квебек, а реку Святого Лаврентия назвал именем кардинала.

Ришелье придал новый импульс колониальной политике, создав в 1627 году Компанию ста товарищей в Новой Франции и Акадии. Развитие торговли требовало создания поселений на новых территориях: французы, проживавшие на побережье Атлантики, отплывали к берегам залива Святого Лаврентия из Ла-Рошели, Руана, Дьеппа, Нанта, Бордо, надеясь на лучшую жизнь в Новом Свете. Среди них были и католики, и протестанты, правда, последние составляли всего 7—8 процентов от населения Новой Франции и Акадии. В основном это были неженатые мужчины около 25 лет, поступавшие на службу к колонисту, купцу, религиозной общине или подразделению военно-морского флота на три года, пять или семь лет. Переезд был делом непростым и опасным: в 1628 году Англия объявила Франции войну, и в Атлантике курсировали английские пиратские суда, которые перехватывали французские корабли.

Шесть военных кораблей под командованием Дэвида Керка (уроженца Дьеппа, попросившего убежища в Англии) осадили Квебек. Население города тогда составляло всего двести душ, но Шамплен гордо отказался капитулировать. Керк отступил, но в городе начался голод: к весне единственным видом пропитания были коренья, которые люди находили в лесу. Керк возобновил свое предложение, и городу пришлось капитулировать; Шамплен уехал во Францию. В 1629—1631 годах Квебек находился в руках англичан, но в следующем году, после подписания мирного договора, Франция вновь вступила во владение Канадой, а Шамплен стал ее губернатором. Характерно, что в непродолжительный период английского господства индейцы отказывались сотрудничать с «оккупантами», а с возвращением французов снова начали оказывать им помощь. (Это, пожалуй, единственный пример добрососедских отношений французов с туземцами: коренное население Мадагаскара, например, их попросту возненавидело.) Шамплен оказался умелым администратором, Квебек понемногу становился процветающим городом, и его основатель умер в нем в 1635 году, окруженный всеобщим уважением и почетом.

Процесс освоения Канады не прекратился: в Новую Францию уезжали семьями, а еще туда отправлялись девушки-сироты. Вербовщик оплачивал переезд, который занимал от двух до трех месяцев. Контракт о найме составлялся нотариусом или вербовщиком, в нем оговаривались условия переезда, характер выполняемой работы, права и обязанности нанятого и условия его возвращения на родину. Кое-кто оплачивал переезд самостоятельно – это были «вольные пассажиры», не связанные никакими обязательствами.

Наемная рабочая сила состояла из крестьян, булочников, слуг, подмастерьев, учеников, плотников («обычных» и корабельных), матросов, солдат, землепашцев, подёнщиков. Последние валили лес, строили дома, работали топором и пилой. Под «солдатами» порой понимались каменщики, аркебузиры, оружейники, слесари. В списках Вольного морского товарищества после каждого наименования «солдат» нередко указано ремесло. Некоторые профессии ценились больше других; крестьян, нанимаемых в первые годы колонизации, впоследствии сменили ремесленники. Из Ла-Рошели корабли отплывали в Новую Францию и Акадию, из Нанта большинство направлялось на Антильские острова.

В то время как голландцы осваивали Манхэттен, а англичане – восточное побережье Атлантики, сажали табак и завозили из Африки чернокожих рабов, французы продвигались на север и запад, торговали пушниной с гуронами, пытались ужиться с воинственными ирокезами, изучали обычаи оттавов и иллинойсов: миссионеры надеялись обратить их в истинную веру. Если в 1635 году в Квебеке проживало 132 колониста, то в 1641 году их было уже 300, а вскоре общее количество поселенцев стало исчисляться тысячами. На сегодняшний день в Канаде проживает около полутора миллионов потомков тех, кто когда-то пересек океан в поисках лучшей доли.
Tags: Вселенная мушкетеров
Subscribe

Posts from This Journal “Вселенная мушкетеров” Tag

promo roman_rostovcev december 8, 2015 15:10 20
Buy for 50 tokens
SH.
В своё время, пару лет назад, я написал набор из 12 небольших эссе о Шерлоках: https://yadi.sk/i/PivgitK9v2hze Это сравнительные эссе о классическом Шерлоке Дойла и Шерлоке из британского сериала. Своего рода энциклопедия конспирологии на викторианской основе:) Если хотите помочь автору:…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments