roman_rostovcev (roman_rostovcev) wrote,
roman_rostovcev
roman_rostovcev

ВСЕЛЕННАЯ МУШКЕТЕРОВ. СКИТАНИЯ КАРДИНАЛА МАЗАРИНИ

Морозной звездной ночью с 6 на 7 февраля 1651 года кардинал, нацепив на себя серую венгерку и надев шляпу с широкими полями, покинул Пале-Рояль, пробираясь вдоль его стен, совсем как опереточный заговорщик. Однако вместо того чтобы направиться в сторону границы, он решил поставить на свою последнюю карту и поехал в Гавр с тем, чтобы освободить заключенных в крепость принцев. Он надеялся, что этот театральный жест позволит ему привлечь их на свою сторону и единым махом изменить положение дел.
Несчастный кардинал глубоко заблуждался. Итальянец мог сколько угодно прощать, требовать, просить, умолять, канючить – старшая Мадемуазель даже утверждала, что он целовал сапоги принца Конде, – однако ничего, кроме самоуничижения перед этими ожесточенными и полными презрения великими сеньорами, из этого не получилось. После такой неудачи Мазарини оставалось только бежать, и как можно быстрее, чтобы не разделить несчастную судьбу своего менее славного соотечественника Кончино Кончини, убитого бандой молодых глупцов на мосту Лувра.

Итак, в сопровождении только своей охраны и своих «домашних» Мазарини отправился скитаться по провинциям в поисках достойного убежища. Ему приходилось продвигаться по грязным, размытым дорогам, избегая опасных встреч. С печалью в душе и усталостью на лице д'Артаньян скакал рядом, сопровождая своего патрона в его плачевном отступлении. Казалось, время бравурных скачек и героических поручений навсегда ушло. Остались только дежурства по охране, долгие ночные бдения на импровизированных ночлегах, когда развеивали скуку лишь монотонными партиями в бильярд или ландскнехт.

Из Гавра они подались в Дьепп, оттуда в Дуллан, затем в Перонн, Ла Фер, Бар-ле-Дюк, Седан... Убежища не были ни удобными, ни надежными. В них оставались на ночь или Две, а потом опять приходилось уезжать, бежать, бесконечно скитаться, подобно труппе бродячих комедиантов. Мазарини понял, что никто во Франции не желает его слишком компрометирующего присутствия. Только один иностранец, архиепископ Кельнский, соблаговолил разрешить ему провести некоторое время в его Буйонском замке и организовал отъезд в Германию. 19 марта он послал Бемо, бывшего в то время лейтенантом гвардии, в Антверпен к генерал-аншефу императорских войск графу де Фуэнсалданю, чтобы обеспечить свободный проезд по районам, контролируемым этими войсками. Эмиссар эрцгерцога Леопольда дон Антонио Пиментель обещал позаботиться о безопасности Мазарини и попытался соблазнить кардинала преимуществами перехода на службу к его господину. На это опальный чужестранец не без величия ответил: «Я окончу свои дни, служа Франции всеми моими помыслами и стремлениями, раз уж не могу служить ей другим способом».

3 апреля кардинал написал Гюгу де Лионну: «Я послал д'Артанъяна в Бонн передать мое почтение г-ну Курфюрсту и попросить у него какой-нибудь замок, где я мог бы укрыться, поскольку нунций не советовал мне ни в коем случае ехать в Кельн, население которого отличается исключительной грубостью. Я думаю, что мог бы поселиться в Лейшнике или в Брюле, находящихся в паре лье от города, один, с одной стороны, другой – с другой».
Посольство оказалось удачным, поскольку спустя два или три дня курфюрст Кельнский предоставил в распоряжение кардинала небольшой замок Брюль и при его прибытии велел в его честь произвести артиллерийские залпы, как если бы речь шла о путешествующем высокородном принце или о приехавшем с визитом государе.

Кардинал оставался в Брюле с апреля по октябрь 1651 года. В это время он рассылал эмиссаров по всей Франции, где оставался его интендант Кольбер, в надежде найти поддержку у многих министров (таких, как Сервьен, Лионн, Летелье), и более всего поддержку сердечно привязанной к нему королевы. Однако черт побери! В Париже было небезопасно проявлять чересчур кардиналистские настроения. На Новом мосту был вывешен «Тариф, предусматривающий вознаграждение тем, кто избавит Францию от Мазарини». Уведомление для желающих! «Тому, кто, убив его, отрежет голову и пронесет ее по улицам Парижа, – сто тысяч экю... Камердинеру, который удушит его меж двух перин либо, брея, всадит бритву ему в горло, – семьдесят тысяч экю... Аптекарю, который, ставя ему клистир, отравит наконечник, – двадцать тысяч экю...»

Неутомимый и презирающий опасность д'Артаньян сновал по лотарингским и шампанским землям, из Брюля в Париж и из Парижа в Брюль. Ему требовалась большая изворотливость, чтобы отводить от себя подозрения, получать в надежных местах сменных лошадей, обходить большие дороги и вооруженные отряды, убегать от патрулей, иногда без дороги скакать через поля... Закаленный всадник знал свое дело и вызывал восхищение кардинала. Наконец-то встал вопрос о вознаграждении!

23 апреля 1651 года Мазарини обратился к Лионну, чтобы он в этом деле заручился поддержкой у командира полка французской гвардии маршала де Грамоне:  «Поскольку королева некогда позволила мне надеяться на присвоение Артаньяну чина капитана гвардии, я уверен, что, если он „маршал“ поговорит об этом с Ее Величеством, он увидит, что ее расположение не изменилось».

К сожалению, в настоящий момент не было ни одной вакантной лейтенантской должности, и д'Артаньян получил только новые обещания – единственное, что Мазарини раздавал весьма щедро.

После своей последней поездки д'Артаньян остался в Париже и там вместе с другими тайными агентами – Дальви-лем, Исааком Барте и шевалье Гуго де Терлоном – готовил заговор в пользу кардинала. В политической путанице того времени иметь зародыш партии сторонников при дворе означало иметь шанс, которым не следовало пренебрегать. Аббат Базиль Фуке, серый кардинал изгнанного министра, стал средоточием парижских интриг Мазарини.

В декабре 1651 года Мазарини дал ему поручение прощупать настроения влиятельных членов Совета, в особенности же герцога Орлеанского, и привлечь на свою сторону ряд членов Парламента. 26 декабря он написал ему из Седана: «Если станет ясно, что Его Королевское Высочество не столь ожесточен против меня, и если ему покажется возможным, чтобы некий дворянин, прибывший от моего имени, передал ему письмо, то это можно поручить д'Артаньяну или Дальвилю, которые находятся в Париже. Они могли бы также доставить другие письма, какие дворянами будет сочтено необходимым доставить, например письмо королеве Англии20, либо другие письма, на которых будет указано, что они посланы с нарочным. Я написал им, чтобы они исполнили все, что Вы им скажете».

В январе 1652 года Мазарини, встав во главе 5 тысяч спешно набранных солдат, решил, что положение дел позволяет ему вновь вернуться на сцену. Он отправился в путь, твердо решив, что на этот раз вернет себе место первого министра, представ перед королем и двором в Пуатье. Тогда он опять почувствовал, что необходимо иметь при себе д'Артаньяна, и это доказывает, сколь высоко он ценил своего замечательного офицера.

«Прошу Вас, – написал он 11 февраля из Пон-сюр-Ионна Базилю Фуке, – скажите д'Артаньяну, чтобы он возвращался ко мне и принял бы все предосторожности, дабы с ним не случилось какого-нибудь несчастья. Во имя Бога, будьте осторожны и Вы, ибо, если бы все знали, до какой степени Вы сторонник Мазарини, думаю, Ваши дела пошли бы очень плохо».

«Все», должно быть, об этом узнали, потому что в апреле Базиль, молодой галантный аббат и «почтовый ящик» кардинала в Париже, был взят под стражу людьми Конде. Более хитрому д'Артаньяну удалось благополучно достичь лагеря Его Преосвященства, где он вновь принялся ездить туда-сюда, играя роль доверенного эмиссара. Более тщательно, чем когда-либо, он готовил остановки на пути следования кардинала, привозя многочисленные инструкции губернаторам провинций.

И вот холодным мартовским днем Бюсси-Рабютен, знаменитый кузен мадам де Севинье, состоявший в то время губернатором Нивернэ, увидел, как д'Артаньян въезжает на полузагнанном коне в Ла-Шаритэ-сюр-Луар; он вез с собой множество срочных писем: депешу короля, которую нельзя было послать обычным курьером, письма от Летелье и де Лавриера, оба из которых были государственными секретарями, а их письма содержали приказ об изъятии зерна в районе Невера, поскольку через эти земли должны были проходить войска Тюренна, раскаявшегося сторонника Фронды, возглавлявшего нынче королевскую армию.

Ситуация еще далеко не была спокойной. Несмотря на постоянную серьезную угрозу нашим границам со стороны испанской армии, присутствие Мазарини рядом с королем все еще до такой степени не устраивало окружающих, что кардиналу вновь пришлось удалиться в сопровождении своих верных людей. Но на этот раз он уехал уверенный в том, что вернется с триумфом.

Д'Артаньян не сразу последовал за своим господином в его отступлении к Буйону, поскольку весной 1652 года ему было пожаловано место лейтенанта в гвардейском полку, в роте Витремона. Он заменил на этом посту погибшего при Гравелине шевалье де Пасси. В начале 1653 года наш лейтенант гвардии вернулся к Мазарини и вновь разделил с ним его скитания.
Tags: Вселенная мушкетеров
Subscribe

Posts from This Journal “Вселенная мушкетеров” Tag

promo roman_rostovcev december 8, 2015 15:10 20
Buy for 50 tokens
SH.
В своё время, пару лет назад, я написал набор из 12 небольших эссе о Шерлоках: https://yadi.sk/i/PivgitK9v2hze Это сравнительные эссе о классическом Шерлоке Дойла и Шерлоке из британского сериала. Своего рода энциклопедия конспирологии на викторианской основе:) Если хотите помочь автору:…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments