roman_rostovcev (roman_rostovcev) wrote,
roman_rostovcev
roman_rostovcev

ВСЕЛЕННАЯ ФЛИБУСТЬЕРОВ. ЗАКОН РОБИНЗОНА

Придерживаясь собственных законов, флибустьеры сами вершили суд над провинившимися собратьями. Того, кто при дележе добычи давал ложную клятву, изгоняли с корабля и впредь никогда не принимали. Его могли марунировать (marooning), или «осудить на высадку», то есть оставить на необитаемом острове с ружьем, небольшим запасом пороха, свинца и воды.

В некоторых экипажах за изнасилование, пьянство, неповиновение командиру, самовольную отлучку с поста провинившихся наказывали: вдали от неприятеля — лишением доли в добыче, вблизи его — смертью. Виновного в вероломном убийстве привязывали к дереву, и он сам выбирал человека, который должен был его умертвить. Когда в 1697 году во время грабежа французскими флибустьерами испанского города Картахена двое из них нарушили приказ о прекращении беспорядков и изнасиловали несколько горожанок, преступников схватили и приговорили к расстрелу. И хотя сами пострадавшие просили простить провинившихся, последние были расстреляны на глазах у всех жителей.

В отличие от военных моряков, флибустьеры не были жестко привязаны к какому-либо кораблю и могли сойти на берег, где хотели, либо перейти на другое судно, команда которого соглашалась принять их.

Они неохотно подчинялись капитану и квартирмейстеру во всем, что касалось работ на борту судна, так как каждый считал себя свободным человеком. Дампир, описывая трехмесячное бесплодное крейсерство флибустьеров у берегов Панамского перешейка, отмечал: «Это были унылейшие создания… И хотя погода была плохой, что требовало многих рук наверху, большая часть из них слезала с гамаков только для того, чтобы поесть или справить нужду». Каждый делал, что хотел, не спрашивая, приятно ли это его товарищам. Иные из них пели и плясали, в то время как другие тщетно пытались уснуть, однако такого рода неудобства нужно было переносить без ропота.

Принято считать, что власть капитана флибустьеров была неограниченной: члены экипажа должны были выполнять его приказы беспрекословно; он мог карать или миловать провинившихся по своему усмотрению; он сам определял, куда надо плыть и на кого нападать; он распоряжался награбленной добычей и, при желании, мог зарыть ее на необитаемом острове, не оставив свидетелей… На самом деле капитан флибустьеров, в отличие от капитана военного или корсарского корабля, пользовался весьма ограниченной властью. Все должности в среде флибустьеров, включая должность капитана, были выборными. Любое важное решение принималось большинством голосов после предварительного обсуждения на общем совете (сходке, собрании). Об этом недвусмысленно свидетельствуют письменные источники, относящиеся к деятельности флибустьеров XVII века.

Обратите внимание на выдержку из сочинения Эксквемелина, описывающего обычаи карибских флибустьеров 60-х годов XVII века:
«…Каждый из пиратов, собираясь идти в море, делал то, что считали нужным его товарищи по плаванию. Когда все было готово, пираты собирались в условном месте и поднимались на корабль. У каждого был необходимый запас свинца, пороха и ружей. Отчалив от берега, они обычно начинали совещаться, где лучше запастись провиантом…

Захватив корабль, команда решает, передавать ли его капитану. Если захваченный корабль лучше их собственного, пираты переходят на него, а свой сжигают. После того как корабль захвачен, никому не дается право грабить имущество, посягать на товары в его трюмах. Вся добыча — будь то золото, драгоценности, камни или разные вещи — делится впоследствии поровну».

Эксквемелин добавляет, что капитан ел за общим столом ту же пищу, что и вся его команда до юнги включительно. Только вожаку, обладавшему авторитетом среди флибустьеров, могли в знак уважения приготовить и подать особое блюдо.

Анонимный автор, участвовавший в экспедиции флибустьеров в Южное море в 1680 году, пишет, что когда капитан Кук «встретился с испанским галиотом из Картахены, направлявшимся с неграми в Пуэрто-Бельо, среди команды возникли разногласия: одни хотели взять его на абордаж, другие нет, так что в итоге они упустили его». При этом, как видим, мнение капитана Кука не сыграло решающего значения. Другой пример из того же источника: когда флибустьеры решили идти к Панаме и захватить ее, капитан Коксон высказался против, но большинство принудило его идти со всеми. Позже пираты обвинили Коксона в трусости, сместили его, а на вакантное место главнокомандующего избрали капитана Ричарда Сокинса.

Рассказывая о плавании в Южном море под командованием капитана Шарпа, тот же автор упоминает о постоянных спорах между капитаном и командой. В конце концов на островах Хуан-Фернандес произошел бунт: «Наши люди, рубившие лес и набиравшие воду и которых было большинство в отряде, не любили капитана Бартоломью Шарпа; сообща они решили сместить его с капитанской должности, что и сделали, поставив вместо него капитаном человека решительного и сурового; капитан Шарп очень обеспокоился подобным обхождением, но ничем не мог себе помочь».

Какими же качествами должен был обладать пиратский капитан? Судя по отзывам современников, в нем хотели видеть бесстрашного и удачливого командира, искусного моряка и опытного стратега. Флибустьер Бэзил Рингроуз описывал капитана Сокинса «таким доблестным и храбрым, каким только может быть мужчина». По его словам, «этот благородной души человек» осуждал игру в кости на борту судна.

Поскольку всю жизнь эти люди находились лицом к лицу с враждебным им миром, существование в котором постоянно грозило то голодом, то болезнью, то смертью, каждый член разбойничьего братства должен был найти себе компаньона, отношения с которым строились на основе взаимопомощи. Этот обычай у французов назывался матлотажем (matelotage — морская практика). В его основе лежит голландский морской термин   mattenoot, означающий «совместное владение постелью». Поскольку команда судна делилась на две посменные вахты, каждый второй матрос всегда был на дежурстве, что позволяло иметь на борту одну постель на двоих.

Флибустьеры (как и буканьеры) под «матлотажем» понимали практику взаимопомощи, которая охватывала всех членов команды. Помощь оказывалась в виде займа. На человеке, получившем заем, после возврата лежала обязанность помочь бывшему кредитору, а именно — дать последнему, в свою очередь, заем, когда у него возникала нужда в этом. Компаньоны нередко совместно владели имуществом и должны были заботиться друг о друге в случае ранения или болезни одного из них. Понятно, что подобного рода отношения взаимопомощи были возможны только между людьми, равными по своему социальному и экономическому положению, а также одинаково рисковавшими жизнью.

Эксквемелин свидетельствует: «Пираты очень дружны и во всем друг другу помогают. Тому, у кого ничего нет, сразу же выделяется какое-либо имущество, причем с уплатой ждут до тех пор, пока у неимущего не заведутся деньги». И далее: «Друг к другу пираты относились заботливо. Кто ничего не имеет, может рассчитывать на поддержку товарищей».

Почти во всех книгах о флибустьерах Вест-Индии утверждается, что свое сообщество они называли Береговым Братством, а себя — «береговыми братьями». Более того, отдельные авторы убеждены, что эти пираты основали на острове Тортуга своеобразную республику — «Конфедерацию береговых братьев». Об этом пишут историки Ж. и Ф. Галлы, У.А. Роберте и П. Прингл, об этом же можно прочесть в историческом романе Ф. ван Викка Мэсона «Король абордажа».

«Дю Россе потер маленькие ручки и дал сигнал прислуге подавать пирожки, конфеты и фрукты, а потом заговорил: "Хотя здесь, в Кайоне, я поднял флаг его христианского величества Людовика Четырнадцатого, — он поднял бокал и отпил глоток, — братья не должны считать Кайон французским, английским или голландским портом. Нет. Кайон станет столицей Конфедерации берегового братства. Вы можете считать Тортугу своей базой, мой адмирал, своим домом".

На самом деле не существует никаких документальных подтверждений того, что флибустьеры Вест-Индии именовали себя «береговыми братьями». О Береговом Братстве нет упоминаний ни в дневниках и мемуарах самих флибустьеров (Эксквемелина, Дампира, Уофера, Рингроуза, Коули, Кука, Равено де Люссана, Массерти, Монтобана), ни в сочинениях французских миссионеров дю Тертра и Лаба, писавших о флибустьерах и буканьерах французской Вест-Индии, ни в официальных отчетах и письмах колониальных губернаторов, ни в протоколах заседаний колониальных ассамблей и адмиралтейских судов.
Tags: Вселенная флибустьеров
Subscribe

Posts from This Journal “Вселенная флибустьеров” Tag

promo roman_rostovcev december 8, 2015 15:10 20
Buy for 50 tokens
SH.
В своё время, пару лет назад, я написал набор из 12 небольших эссе о Шерлоках: https://yadi.sk/i/PivgitK9v2hze Это сравнительные эссе о классическом Шерлоке Дойла и Шерлоке из британского сериала. Своего рода энциклопедия конспирологии на викторианской основе:) Если хотите помочь автору:…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments