roman_rostovcev (roman_rostovcev) wrote,
roman_rostovcev
roman_rostovcev

БРОСОК ДРАКОНА. КИТАЙ ИДЕТ НА ЗАПАД

Особенность Восточного Туркестана состоит в том, что его крупнейшие оазисы отрезаны от Китая четырьмя сотнями километров труднопроходимой песчаной полупустыни. Именно такое расстояние отделяет расположенные на самом востоке Синьцзяна уйгурские города Комул (Хами) и Баркуль от находящегося в провинции Ганьсу китайского городка Цзяоюйгуаня, где заканчивается западный участок Великой Китайской стены. Колодцы, расположенные на караванном пути через пустыню, позволяли единовременно провести из Китая в Синьцзян не более 600–800 человек – для более крупного отряда просто не хватило бы воды. Поэтому города-оазисы Комул и Баркуль («Хамийский оазис», как называли этот район в тогдашней России), по сути, являлись плацдармами, позволявшими поэтапно перебросить через пустыню большую армию, накапливая силы на их территории.
В случае потери цинскими войсками этих «плацдармов» Синьцзян стал бы почти неприступным со стороны Китая – единовременный переход большой армии через пустыню крайне сложен по причинам логистики, а походы мелкими отрядами чреваты разгромом по частям.

Попробуем объяснить почему же повстанцы Синьцзяна так и не захватили стратегически важный «оазис Хами», способный надёжно защитить их от китайского вторжения?
В действительности многолетняя ожесточённая борьба за Баркуль и Комул развернулась сразу после начала антикитайского восстания. Для пекинского правительства ситуация осложнялась тем, что в те годы дорога к этим «плацдармам» была перекрыта из-за восстаний дунган в китайских провинциях Ганьсу и Шаньси. Поэтому небольшое подкрепление (чуть более тысячи солдат) сумело пройти к городам Комул и Баркуль лишь в феврале 1865 года – через восемь месяцев после начала восстания в Синьцзяне.

Комул повстанцы всё же захватили в июне 1865 года при помощи местных мусульман. Маньчжурская цитадель сопротивлялась более месяца, а затем её гарнизон сумел пробиться к городу Баркуль. Этот «плацдарм» сторонникам Пекина удалось удержать – помимо остатков маньчжурских гарнизонов, здесь скопилось множество бежавших от погромов китайских поселенцев, из которых были сформированы вспомогательные отряды.

Хотя в августе 1865 года повстанцам удалось разбить цинские войска на подступах к Баркулю и на два месяца осадить город, все попытки штурма закончились неудачно. Китайцы и маньчжуры, которым некуда было отступать, сопротивлялись отчаянно. В то же время среди повстанцев начались раздоры между уйгурами и дунганами, а затем и настоящие междоусобные войны – через несколько лет в них победит «Счастливчик» Якуб-бек.

Пользуясь раздорами в стане врага, летом следующего 1866 года сторонники империи Цин отбили Комул. Однако в декабре повстанцы с боем вернули себе этот город, а в январе 1867 года во второй раз осадили Баркуль. И вновь осада закончилась неудачей, а весной повстанцам из-за внутренних междоусобиц вторично пришлось отдать цинским войскам Комул. В 1869–1870 годах последовало ещё несколько безрезультатных попыток уйгуров и дунган взять последний плацдарм империи Цин в Синьцзяне. Однако к тому времени маньчжуро-китайские войска всё же успели получить подкрепления из нескольких тысяч монгольских всадников и тысячи китайских пехотинцев с относительно новыми капсюльными винтовками. Якуб-бек, к 1872 году объединивший силой оружия почти весь Синьцзян, со своей большой армией теоретически имел шансы отбить стратегический «плацдарм» Комула и Баркуля. Но тут он позволил обмануть себя, вступив в переговоры с Пекином.
Налаживая дипломатические связи с англичанами и турками, владыка Йеттишара не забывал и про Пекин. Якуб-бек надеялся, что, став единовластным хозяином Синьцзяна, он сможет заставить империю Цин признать себя в качестве номинального вассала. Эти надежды не были беспочвенны – в начале 1870-х годов в Пекине действительно шла напряжённая дискуссия о дальнейших действиях.

Немало влиятельных лиц в имперской верхушке выступало против дорогостоящей и сложной войны за Синьцзян. Например, Ли Хунчжан, ставший наместником столичной провинции Чжили, предлагал удовлетвориться формальным вассалитетом Якуб-бека, а все силы и средства направить на модернизацию армии и флота, обеспечив, в первую очередь, защиту приморских провинций страны. Деньги, которые потребуются для возвращения Синьцзяна, он предлагал потратить на закупку в Европе новейших паровых броненосцев. Но в итоге победила иная точка зрения, опиравшаяся на старые «геополитические» стереотипы маньчжурской знати, восходившие еще к временам кочевых империй. «Принц императорской крови» великий князь Чунь сформулировал это в традиционном красочном стиле, заявив, что без возвращения Синьцзяна «Внутренний Китай станет как зубы, не прикрытые губами».

Возвращать далёкие просторы Восточного Туркестана империя Цин отправила Цзо Цзунтана. В сентябре 1866 года, после разгрома тайпинов, Цзо получил титул наместника провинций Шаньси и Ганьсу, истребляя там восставших дунган, поэтому именно его войска располагались ближе всего к Синьцзяну и стратегическим «плацдармам» Комула и Баркуля.
В 1875 году Цзо Цзунтан официально получил титул «дубань Синьцзян цзюньу», который английские современники переводили как «императорский уполномоченный комиссар по военным делам в Синьцзяне». «Комиссар» Цзо написал в Пекин, что «без большого превосходства сил и без беспощадных убийств невозможно подавить восстание мусульман», после чего принялся готовить армию к походу против Якуб-бека.

К тому времени силы Цзо Цзунтана насчитывали 141 батальон-«ин» – порядка 70 000 солдат (в том числе, около 9 000 кавалерии). Войскам, направлявшимся в Синьцзян, назначили высокое по меркам Китая жалованье. Если рядовые гвардейских «восьмизнамённых» частей ежемесячно получали по 4 ляна серебра, а рядовые провинциальных «войск зелёного знамени» по 1,5 ляна, то рядовой пехотинец у Цзо Цзунтана получал 4,2 ляна, а кавалерист и того больше – 7,2 ляна. По курсу тех лет рядовой пехотинец у «комиссара» Цзо получал в месяц около 11 рублей ассигнациями, а кавалерист – около 19 рублей.

Перед началом похода Цзо Цзунтан сумел увеличить численность своих войск до 95 000 человек. По меркам Китая войска «императорского комиссара» были весьма неплохо вооружены – согласно данным российских агентов, около 60% бойцов имели европейские винтовки, а кавалеристы из «циньбин» (личной гвардии Цзо), как и гвардейцы Якуб-бека, также были вооружены многозарядными карабинами Спенсера.

Среди 570 пушек Цзо Цзунтана имелись не только гладкоствольные, но и несколько десятков стальных 4-дюймовых орудий, заряжавшихся с казны. Для оснащения войск, направлявшихся в Синьцзян, в городе Ланьчжоу на северо-западе Китая был построен большой арсенал – средства на его оборудование (почти 113 т серебра) пришлось занять у англичан под высокий процент.
После двух десятилетий гражданской войны империя Цин испытывала жесточайший дефицит финансовых средств. Поэтому значительная часть финансирования похода в Синьцзян покрывалась при помощи займов у британского Гонконгско-Шанхайского банка, который предоставил пекинским властям внушительную для тех лет сумму – 1 608 274 фунта стерлингов.

Пока длилась подготовка к походу в Синьцзян – «Западному походу» или «Сичжен», как его официально именовали в документах империи Цин – китайские дипломаты расчётливо вели неофициальные, но постоянные переговоры с представителями Якуб-бека, поддерживая в нём надежду, что Пекин вот-вот согласится на признание формального вассалитета и реальной независимости мятежного «Семиградья». Поэтому с 1873 года армия Якуб-бека несколько лет фактически не вела боевых действий против маньчжуро-китайских войск, удерживавших «стратегический плацдарм» оазиса Хами.

К весне 1876 года империя Цин была готова начать возвращение Синьцзяна. Более того, к этому времени негласно поддержать «Западный поход» цинских войск согласилась и Российская империя.
Tags: Поднебесная империя
Subscribe

Posts from This Journal “Поднебесная империя” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments