roman_rostovcev (roman_rostovcev) wrote,
roman_rostovcev
roman_rostovcev

БИТВА ЗА ВОСТОЧНУЮ ЕВРОПУ. ТРИУМФ РЕНШИЛЬДА

После взятия Дерпта и Нарвы летом 1704 года Петр провел зиму в Москве, а в марте уехал в Воронеж, где работал на верфях. В мае 1705 года он собрался было ехать к армии, но заболел и целый месяц, пока не оправился от болезни, оставался в доме Федора Головина. В июне он нагнал армию в Полоцке на Двине, откуда она, в зависимости от обстоятельств, могла двинуться в Ливонию, Литву или Польшу. К тому времени петровская армия уже становилась грозной боевой силой. Она насчитывала 40 000 пехотинцев, обмундированных и вооруженных мушкетами и гранатами. Кавалерия и драгуны, общей численностью в 20 000 человек, были полностью обеспечены мушкетами, пистолетами и холодным оружием. Русская артиллерия располагала внушительным количеством орудий, для которых был установлен единый калибр. Как и шведы, русские взяли на вооружение легкую полевую пушку, стрелявшую трехфунтовыми ядрами и способную сопровождать кавалерию или пехоту и оказывать им в бою огневую поддержку.
Как раз в это время пришло известие об Астраханском бунте, и Шереметев с конницей был отправлен за тысячу миль – усмирять восстание. Поскольку с его отбытием общие силы армии уменьшились, Петр на время отменил дальнейшие военные действия и приказал основной армии расположиться на зимние квартиры в Гродно, на восточном берегу Немана. От Карла до весны сюрпризов не ждали.

В ноябре 1705 года к российской армии присоединился Август. Последнее время удача отвернулась от короля-курфюрста. Вся Польша была занята войсками Карла и новоиспеченного короля Станислава, и свергнутому Августу пришлось пробираться долгим кружным путем через Венгрию, изменив имя и внешность. Петр по-прежнему признавал его польским королем и из почтения к его сану передал ему командование армией в Гродно. Старшим после него оставался фельдмаршал Огильви. Меншиков командовал артиллерией, а Репнин и опытный кавалерийский офицер фон Карл Эвальд Ренне подчинялись обоим сразу. В такой ситуации, того и гляди, могла случиться беда.

Армия Карла совершила молниеносный бросок на восток. Двигаясь по замерзшим рекам и дорогам, Карл преодолел расстояние от Вислы до Немана – 180 миль – всего за две недели и 15 января 1706 года появился под Гродно во главе своего авангарда. Король переправился через Неман с отрядом в 600 гренадер, но увидел, что крепость слишком хорошо укреплена, чтобы взять ее с налету, и приказал разбить временный лагерь в четырех милях от города. Когда подтянулись основные шведские силы, Карл передислоцировался на полсотни миль от Гродно вверх по течению Немана, где легче было обеспечить армию провиантом и фуражом. Там он устроил постоянный лагерь, выжидая, что предпримет неприятель. Карл полагал, что оставил ему две возможности: либо выйти из крепости и принять бой, либо отсиживаться за крепостными стенами в ожидании голодной смерти.

При появлении Карла в русском лагере был созван военный совет, на котором председательствовал Август. Вопрос о нападении на шведов даже не ставился. Хотя русские войска почти вдвое превосходили шведские по численности, Петр не был еще готов рискнуть армией, на создание которой ушло так много усилий, и настрого запретил Огильви давать бой в открытом поле. Однако Огильви считал свои силы достаточными по крайней мере для того, чтобы выдержать осаду. Но больше всего Огильви страшился дурной славы. Неужели он, профессиональный солдат, имея в своем распоряжении вдвое сильнейшую, чем у противника, армию, обладая подавляющим превосходством в артиллерии, без боя оставит врагу мощную крепость?

Август, оказавшийся меж двух противоположных мнений, счел за лучшее снять с себя всю ответственность и срочно отрядил гонца в Москву к Петру, умоляя царя о «немедленном, прямом и однозначном» решении. Сам же, не дожидаясь ответа, улизнул из Гродно. Поскольку Карл ушел из Варшавы, Август увидел для себя возможность под шумок овладеть польской столицей. Он взял с собой четыре драгунских полка и пообещал Огильви, что вернется не позже чем через три недели и приведет с собой саксонскую армию. Тогда объединенные русско-польско-саксонские силы составят 60 000 человек против 20 000 шведов.

Петр находился в Москве, когда узнал о продвижении Карла в направлении Гродно. Сначала царь усомнился в этом известии и спрашивал Меншикова в письме, откуда такие сведения и можно ли им доверять: слухи о наступлении Карла распространялись и прежде. Тем не менее Петр встревожился и на 24 января наметил отъезд из Москвы. В том же письме царь жаловался на неописуемые холода, на то, что у него страшно раздуло щеку, и сокрушался, как некстати ему уезжать из Москвы именно сейчас, когда он поглощен делами по сбору податей и устранению беспорядков на Волге.
Петр успел преодолеть больше половины пути, когда на подъезде к Смоленску получил известие от Меншикова о том, что Карл уже под Гродно и царь не может воссоединиться со своей армией. Обеспокоенный Петр послал ряд распоряжений Огильви. Петр писал, что не возражает против обороны Гродно, если на обещанную скорую помощь саксонцев действительно можно рассчитывать, но если нет, пусть Огильви отступает к русской границе самым коротким и быстрым путем.

Тем временем обстановка в Гродненской крепости ухудшалась. Продовольствие и фураж быстро подходили к концу. Затем русские, с нетерпением поджидавшие прибытия саксонских войск, получили ошеломляющее известие. 3 февраля 1706 года под Фрауштадтом, на силезской границе, саксонская армия, которая с учетом русских и польских вспомогательных сил насчитывала 30 000 человек, была разбита 8-тысячным шведским отрядом Реншильда. Это была самая блестящая победа Реншильда, и Карл, едва прослышав о ней, тут же произвел его в фельдмаршалы и пожаловал графский титул.

Известие о победе под Фрауштадтом, ставшей еще одним подтверждением превосходства шведской армии, определило решение Петра как можно скорее отвести из Гродно свои войска. Он приказал Огильви начать отступление при первой возможности, но рекомендовал подождать, пока не вскроется лед на реке, чтобы шведы не могли пуститься в погоню. 4 апреля, по государеву повелению, русская армия, побросав пушки в Неман, начала отступление на юго-восток, к Киеву, огибая Припятские болота.

Узнав, что русские уходят из Гродно, Карл распорядился немедленно начать преследование. Но едва шведы навели через Неман понтонный мост, как он был разрушен ледоходом и унесен быстрым течением. Прошла неделя, прежде чем королю удалось переправиться, а русская армия к тому времени была уже далеко. Карл решил сократить путь, двинувшись наперерез русским через Припятские болота. «Невозможно описать, что пришлось вынести и людям и коням, – вспоминал очевидец. – Вся эта местность – сплошная топь. И когда лед растаял, кавалерия передвигалась с превеликим трудом, а подводы глубоко увязали в грязи и их нельзя было сдвинуть с места. Королевская карета так и осталась в этих топях. Что же до пропитания, оно было так скудно, что всякий, кто в этом пустынном краю мог достать из кармана корку черствого хлеба, почитался за счастливца».

С трудом пробравшись через болота, шведы наконец вышли к городу Пинску, так и не сумев догнать русскую армию. В Пинске Карл взобрался на самую высокую колокольню и оглядел окрестности – на юге и востоке до самого горизонта простиралась болотистая пустошь. Смирившись с тем, что русской армии удалось ускользнуть, Карл остановился возле Пинска и в течение двух месяцев разорял окрестные местечки и села. Но он не был готов к ведению крупной кампании, связанной с дальнейшим продвижением на восток, и опасался за безопасность тыла; поэтому в середине лета 1706 года решил вернуться в Европу.

Отступление из Гродно стало концом карьеры Огильви на русской службе. Во время отхода его разногласия с Меншиковым обострились. «Командующий кавалерией Меншиков без моего на то ведома и от имени Вашего Величества приказал всей армии двигаться к Быхову и взял на себя верховное командование, – жаловался фельдмаршал. – Он окружил себя конной и пешей стражей, которая ни во что меня не ставит… Сколько ни бывал я на войне, но такое к себе дурное отношение повстречал впервые». Ссылаясь на слабое здоровье, он попросил царя позволить ему сложить командование и покинуть Россию. Петр согласился, принял отставку Огильви и сполна уплатил ему жалованье. Огильви же уехал в Саксонию к Августу и служил у него фельдмаршалом четыре года, до самой смерти.

Когда Карл двинулся от Пинска на запад, Петр понял, что угроза вторжения, хотя бы на время, миновала. Но поход шведского короля на Гродно был суровым предостережением. Петр уразумел, что его армия, генералы и страна не готовы ко встрече со шведами.
Tags: Северная война
Subscribe

Posts from This Journal “Северная война” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments