roman_rostovcev (roman_rostovcev) wrote,
roman_rostovcev
roman_rostovcev

БИТВА ЗА ВОСТОЧНУЮ ЕВРОПУ. КАРЛ ПЕРЕХОДИТ ГРАНИЦУ

Шестью параллельными колоннами шведская армия пересекла границу Силезии с Польшей в районе Равича. Здесь, на польской земле, шведские солдаты впервые увидели, что их ждет впереди. Город Равич был выжжен дотла, колодцы и ручьи завалены мертвыми телами. Казаки и калмыки Меншикова сеяли смерть и опустошение перед надвигавшимися шведскими войсками. По всей Польше тянуло гарью пожарищ от хуторов и селений, выжженных кавалерией Меншикова. Русская конница избегала столкновений с неприятелем, отступая на восток, в сторону Варшавы, где за Вислой укреплялся Меншиков.
Выслав вперед заслон кавалерии и драгун, шведская армия неспешно двигалась прямо на Варшаву. Но затем Карл вдруг повернул на север и встал лагерем у Познани, где в течение двух месяцев ожидал прибытия подкреплений и подходящей погоды. Здесь он принял решение оставить в Польше генерал-майора Крассова с 5000 драгун и 3000 пехоты, чтобы обеспечить поддержку шаткому трону Станислава.

Осень кончалась, приближалась зима. Шведская армия пребывала в бездействии – похоже, что у короля начался длительный период апатии, и русские солдаты под Варшавой стали чувствовать себя увереннее: зима на носу, и придется шведам до весны отсиживаться в своем лагере. Но Карл думал иначе – не затем он ушел из гостеприимной Саксонии, чтобы, слегка продвинувшись на восток, зимовать в чистом поле. Он муштровал своих новобранцев и выжидал конца осенних дождей, которые превращали дороги в трясину, намереваясь выступить, как только ударит мороз.

Но выступить не на Варшаву. Еще в самом начале кампании Карл твердо решил избегать стремительных фронтальных атак, которыми он так славился. Он не хотел, чтобы серьезное столкновение случилось так далеко от основной цели похода. Его стратегический замысел заключался в том, чтобы не мешать русским возводить укрепления за той или иной рекой, а самому затем сместиться к северу, переправиться через реку, зайти с фланга русских позиций и принудить их защитников отступить без боя.

В первый раз именно так и получилось. В конце ноября, после двухмесячных приготовлений, шведы снялись с лагеря у Познани и совершили пятидесятимильный бросок на северо-восток, выйдя к берегу Вислы, которая в этом месте делает петлю на запад. Перед ними лежали широкая река и заметенная снегом пустынная равнина. Не было видно ни конного, ни пешего. Вместо неприятеля шведам пришлось бороться с природой. Хотя уже выпал глубокий снег, река еще не замерзла. Из-за плывущих по воде льдин невозможно было навести мост, и Карлу ничего не оставалось, кроме как с нетерпением дожидаться ледостава.

На Рождество ударил сильный мороз и река наконец замерзла. 28 декабря толщина льда достигала уже трех дюймов. Поливая водой солому и доски и вмораживая их в лед, шведы добились того, что переправа стала достаточно надежной и могла выдержать вес артиллерийских орудий и провиантских подвод. С 28 по 31 декабря вся армия переправилась через Вислу. «Они осуществили свой замысел, – писал капитан Джеймс Джеффрис, молодой англичанин, состоявший при шведской армии, – без малейшего урона, если не считать двух или трех подвод, которые провалились и пошли на дно».

Этот Джеффрис был военным дипломатом, тесно связанным со Швецией. Сам он родился в Стокгольме: его отец на протяжении многих лет служил Карлу XI. Его старший брат вступил в ряды шведской армии и погиб под Нарвой. Сам Джеймс состоял секретарем при английском посланнике в Швеции. В 1707 г. он записался в шведскую армию «волонтером»: с помощью такой уловки ему удалось обойти запрет Карла XII на пребывание иностранных дипломатов в действующей армии. Хотя симпатии Джеффриса были всецело на стороне шведов, его истинная задача заключалась в том, чтобы внимательно за всем наблюдать и докладывать англичанам о ходе шведского наступления на Россию. Под Полтавой Джеффрис попал в плен, был отпущен домой, но вскоре снова появился в России, на сей раз в роли английского посланника в Петербурге. Последние двадцать лет своей жизни он провел в Ирландии, в родовом замке Бларни в графстве Корк.

Новый 1708 год шведская армия встретила уже на восточном берегу Вислы. Варшавская оборонительная линия оказалась обойденной с фланга, и Меншиков вывел войска из города и отступил за реку Нарев на новые позиции под Пултуском. Разведчики донесли Карлу, что позиции Меншикова хорошо укреплены, и король вновь двинулся на север, чтобы повторить свой обходной маневр.

Однако во второй раз это оказалось не так просто. Путь на север пролегал через Мазурское Поозерье, преодолеть которое было труднее, чем любую другую местность в Восточной Европе. Край изобиловал болотами, топями и непроходимыми дебрями, а редкое население было враждебно настроено к чужакам. Здешние дороги напоминали скорее звериные тропы, в лучшем случае по ним едва могла проехать крестьянская телега. Но Карла это не остановило. И начался изнурительный поход. На ночь король велел каждой роте разводить большие костры; для поддержания духа исполнялись военные марши. Но лесные чащобы брали свое. Кони надрывались и падали замертво, пытаясь протащить подводы с пушками по разбитым проселкам. Из набранных в Германии драгун кое-кто уже дезертировал, посчитав жалованье за службу в таких условиях недостаточным. Фуража не хватало. Шведы нашли простой и жестокий способ заставить крестьян расстаться с добытыми нелегким трудом припасами. На глазах у матери на шею ребенку накидывали петлю и спрашивали у нее, где укрыто продовольствие. Если мать молчала, ребенка вешали. Но обычно крестьяне не выдерживали и признавались, хоть это и обрекало их на голодную смерть.

Неудивительно, что порой местные жители сопротивлялись. В большинстве своем они были охотниками, жили в местах, где водились волки и медведи, и умели обращаться с огнестрельным оружием. Скрываясь за деревьями и кустами, они обстреливали проходившие колонны или устраивали засады. Партизанская война быстро вырабатывает свои жестокие правила. Когда заночевавших в амбаре шведов кто-то запер, а потом запалил крышу у них над головой, король приказал повесить для устрашения десятерых жителей деревни. Когда же через деревню прошел последний шведский отряд, ее сожгли дотла. В другой раз генерал Крейц захватил шайку из пятидесяти мародеров, местных жителей: он приказал им самим вешать друг друга, и лишь последних нескольких человек повесили шведы.

Преодолев все трудности перехода, Карл 22 января вышел из леса в районе Кольно. Прискакавший с юга русский конный дозор обнаружил значительные силы шведов и счел за лучшее отступить и известить об этом Меншикова.

Добившись немалого успеха этим отважным броском, Карл решил еще более дерзким ударом прорвать третий защитный рубеж русских войск, проходивший по Неману. Перед ним лежал пограничный литовский город Гродно – ключевой пункт неманской оборонительной линии; два года назад здесь провела зиму армия Огильви. И Петр, и Карл понимали: пойдет ли король на север, к Балтике, или на восток, к Москве, – Гродно ему не миновать. Шведам нужна была дорога: армия не могла бесконечно пробираться лесами и болотами. Поэтому русские войска подтягивались к Гродно, и, зная это, Карл решил нанести удар немедленно, рассчитывая захватить город прежде, чем русские успеют его надежно укрепить.

Оставив армию позади, Карл с Реншильдом и Крейцем, во главе 600 конных гвардейцев, поскакали вперед. По пути к ним присоединился возвращавшийся из-за линии фронта разведывательный отряд из пятидесяти человек. Подъехав поутру к Гродно, Карл увидел, что мост через Неман цел. Его защищал 2-тысячный кавалерийский отряд под командой бригадира Мюленфельса, немца, принятого на службу Петром. Шведы немедля бросились штурмовать мост. Одни поскакали по льду реки, чтобы обойти русских с тыла, другие устремились прямо на мост. Завязалась сумбурная потасовка – стреляли из пистолетов, рубились клинками. Среди сумятицы и криков Карл лично уложил двоих – одного из пистолета, другого заколол шпагой. Темнело рано, и в сгущающихся сумерках русские не видели, много ли наступает шведов; они бросили мост и укрылись в городе. Карл преследовал их до ворот, на ночь разбил лагерь у городских стен и послал гонцов с приказом армии поспешить к нему. Он и не подозревал, что всего в нескольких сотнях ярдов, за крепостной стеной, находится сам царь Петр.

Петр прибыл в Гродно, чтобы поддержать Меншикова, которого непредсказуемые обходные маневры и внезапные неожиданные броски Карла повергали в полное смятение и растерянность. Меншиков уже собирался отводить из Гродно войска, так как опасался, что противник снова обойдет его с фланга. Но царь прекрасно понимал, как важен неманский рубеж, и не хотел, чтобы неприятель преодолел его также легко, как Вислу и Нарев. Но ни Петр, ни Меншиков и представить себе не могли, что Карл уже совсем близко и вот-вот вихрем промчится через Неман по мосту, который так и не удосужились разрушить.
Tags: Северная война
Subscribe

Posts from This Journal “Северная война” Tag

promo roman_rostovcev december 8, 2015 15:10 20
Buy for 50 tokens
SH.
В своё время, пару лет назад, я написал набор из 12 небольших эссе о Шерлоках: https://yadi.sk/i/PivgitK9v2hze Это сравнительные эссе о классическом Шерлоке Дойла и Шерлоке из британского сериала. Своего рода энциклопедия конспирологии на викторианской основе:) Если хотите помочь автору:…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments