roman_rostovcev (roman_rostovcev) wrote,
roman_rostovcev
roman_rostovcev

ВСЕЛЕННАЯ РЕНЕССАНСА. ПОСЛЕДНИЕ ВИСКОНТИ

Галеаццо Висконти умер 4 августа 1378 года. Единственным правителем Милана остался Бернабо (1323 – 1385), человек огромной энергии и жестокости. С молодых лет Бернабо был самым активным из братьев. Ещё в 1356 г. войска его войска под командованием выпущенного из тюрьмы Лодризио разбили отряды имперского викария Маркварда фон Раудек, взявшегося отомстить за обиды, нанесённые императору Карлу IV Богемскому при посещении Милана. В 1356 г. он удостоился осуждающего декрета со стороны императора и папы за нападение на папскую Болонью. Против Бернабо было выдвинуто обвинение в ереси, закончившееся объявлением его еретиком и схизматиком, проклятым церковью, а также лишением всех прав. Конфликт был улажен в марте 1364 г., когда правитель Милана согласился оставить болонские замки за 500 000 флоринов.
В июне 1371 г. Бернабо осадил Реджио, и весной следующего года вынудил хозяина, Фельтрино Гонзага, запершегося в замке, продать захваченный и разграбленный к тому времени город. Из Реджио сын Бернабо, Амброджо, начал кампанию против Модены и Феррары. Узнав о гибели Амброджо в схватке с жителями долины около Каприно Бергамаско, Бернабо лично возглавил карательную экспедицию и сжёг монастырь, оказывавший помощь повстанцам. В 1377 г. Бернабо с братом Галеаццо II были вторично осуждены церковью за ересь и неявку в суд для оправданий.

В марте 1379 г. правитель Милана разделил свои владения между сыновьями: Марко получил половину Милана, Лодовико – Крему и Лоди, Карло – Кремону, Борго Сан Доннино и Парму, Родольфо – Бергамо, Сончино и Кьяра д' Адду, Мастино – Брешию и Вал Камонику, Ланчилотто – феод Пагаццано в Кьяра д' Адде. Чтобы прибрать к рукам и Павию, которой владел его племянник Джан Галеаццо (1351 – 1402), Бернабо заставил его взять в жёны свою дочь Катерину. Свадьба произошла 2 октября 1380 г., в день смерти сына - наследника Джан Галеаццо – Адзоне. Сам племянник не вызывал особых опасений у Бернабо, считавшим его недалёким, слабым и набожным человеком. На деле Джан Галеаццо придерживался тактики, когда-то уже успешно осуществлённой его предком Адзоне I.

Амбициозные планы Бернабо выходили далеко за пределы Миланского государства: он метил не больше не меньше как на корону Неаполя. Но этим планам не суждено было сбыться. Опасаясь за свою жизнь, Джан Галеаццо сплёл заговор. В мае 1385 г. он предупредил дядю-свекра, что едет на богомолье с целью испросить у Богоматери себе наследников. В путь Джан Галеаццо отправился в сопровождении 500 наёмников под командованием Джакопо дал Верме, Оттоне ди Манделло и Джованни Маласпина. Дядя выехал ему навстречу вместе с сыновьями Лодовико и Родолфо. Неожиданно для себя они были разоружены, арестованы и помещены в замок Порта Джовия. Впоследствии Бернабо был переведён в замок Треццо и отравлен (16). Он был торжественно похоронен в Сан Джованни ин Конка. Монумент Бернабо представляет собой украшенный рельефами саркофаг, опирающийся на высокие колонны. На его крышке стоит конная статуя Бернабо, выполненная ещё при его жизни мастером Бонино да Кампионе (работал в 1350 – 1390 гг) в лучших традициях готической скульптуры. Высота монумента составляет 6 метров.

Бернабо произвёл огромное впечатление на современников своей личностью и сделался героем многочисленных полулегендарных рассказов. При жизни он был страстным охотником и не терпел соперничества в этой утехе. Он выстроил себе роскошную псарню, где содержалось 500 собак, а ещё несколько сотен велел раздать населению для содержания. Каждый хозяин такой собаки должен был отчитываться о её состоянии в особое ведомство и отвечал головой за её жизнь. В рассказах Бернабо выступает как грозный, но наделённый мрачным чувством юмора синьор. Например, он спрашивает, остановившись на мосту, чего больше хотят посланные папой с отлучением для него кардиналы, есть или пить. Подозревая, что он хочет утопить их, кардиналы говорят, что есть, и их вынуждают съесть отлучение. Франко Сакетти в «Новеллах» приводит рассказ о находчивом мельнике, который, спасая знакомого аббата, отправляется к Бернабо, чтобы ответить на четыре неразрешимых вопроса. Оценив его находчивость, синьор собственной властью назначает его аббатом. Поджо Браччолини в «Фацециях» приводит рассказ о том, как крестьянин на осле освобождает Бернабо узкую дорогу, тянущуюся вдоль берега реки, направив осла в воду. Бернабо заявляет, что он не из тех, кто пользуется безвозмездно чужой вежливостью и совершает ответный жест: поскольку его самого не устраивает перспектива съехать в воду, он сбрасывает в поток одного из слуг.

Став единоличным правителем Милана, Джан Галеаццо (1351 – 1402) смог оправдаться перед императором Венцеславом, приведя доказательства реальной опасности, грозившей ему со стороны дяди. В его пользу сыграло то, что после смерти отца он добился подтверждения своего викариата в 1380 г., а Бернабо этим пренебрёг. 11 мая 1395 г. правитель Милана получил из рук императора титул герцога, но его честолюбие жаждало не меньше чем итальянской королевской короны.

Джан Галеаццо продолжил политику расширения Миланского государства. Воспользовавшись противоречиями между синьорами Вероны и Падуи, он сначала захватил Верону (1387 г.) и Виченцу, а затем – Падую (1388 г.). В дальнейшем были присоединены Пиза (1399 г), Перуджа, Ассизи, Сполето и Ночера (1400).

Джан Галеаццо покровительствовал искусствам и строительству. 15 марта 1386 г. был заложен первый камень нового собора, который ныне является символом города. Ради выполнения обета, данного его женой Катериной в 1390 г., герцог Миланский начал строительство Чертозы (картезианского монастыря) в Павии (1396 г.). Джан Галеаццо собирал предметы искусства и книги. Он соединил свою библиотеку с библиотекой Бернабо, а позже добавил к ним книги Франческо Петрарки, попавшие к нему в руки после захвата Падуи. Библиотека хранилась в павийском дворце, строительство которого начал ещё Галеаццо II, а закончил его сын.

Наиболее любопытное прижизненное изображение Джан Галеаццо – миниатюра, созданная по случаю получения им титула герцога. Он стоит на коленях вместе с женой Катериной и придворными, укрытый плащом Мадонны Мизерикордии. М.Г. Тольфо указывает, что это единственное достоверное изображение его жены, которая больше никогда и нигде с ним не изображалась. Из посмертных изображений наибольший интерес вызывает фреска, находящаяся в Чертозе. На ней герцог Миланский предстаёт перед Мадонной со своими сыновьями. Он преподносит Богоматери, окружённой золотым сиянием, модель Чертозы. За спиной герцога, держа шапку в руках, находится его первый наследник, сын французской принцессы – Адзоне. Справа стоят дети от Катерины Висконти. Они представлены взрослыми людьми, хотя когда Джан Галеаццо умер, они оставались малыми детьми.

Завоевательная и строительная политика герцога сопровождалась грабительскими налогами, причём постоянно вводились новые, а в год смерти Джан Галеаццо служащим было снижено жалованье. Первый миланский герцог пал жертвой чумы 3 сентября 1402 г. Он был похоронен в картезианском монастыре Павии, возле парка. Его конная статуя возвышалась над большим алтарём.

Согласно завещанию герцога, его жена Катерина стала регентшей над их двумя несовершеннолетними сыновьями – четырнадцатилетним Джованни Мария Анджело (1388 – 1412) и десятилетним Филиппо Мария (1392 - 1447). Вследствие близкородственной связи родителей, оба они не отличались хорошим здоровьем. Присутствие имени Богоматери в именах обоих было следствием обета, данного родителями, слишком часто терявшим своих детей и тем самым отдававшими их под прямое покровительство Девы. В то время как Катерине принадлежало право подписи и право утверждения официальных бумаг, реальная власть переходила Совету из 17 человек. Его возглавлял камерарий Франческо Барбавара, граф Вальсесия и глава партии гвельфов. Катерина была полностью парализована в действиях.

Кроме того, финансовое положение государства было настолько плачевным, что правительству пришлось продавать и закладывать вещи и земли, а также прибегать к порче монеты. Жаждущие передела власти и собственности в государстве феодалы стали группироваться вокруг Антонио и Франческо, происходивших из боковой линии Висконти, сторонников партии гвельфов. Под видом заботы о государстве, 23 июня 1403 г. Антонио перед лицом Катерины обвинил Барбавару в захвате власти в государстве, а затем спровоцировал беспорядки в Милане. Заговорщики изолировали от матери наследника Джованни Марию, демонстрируя, что болеют сердцем за восстановление власти законного правителя.

Наследник легко смирился со своей участью. Не понимая, что является марионеткой в чужих руках, он упивался вседозволенностью и бесконтрольностью. Был избран новый правительственный совет. Опираясь на верных людей в лице кондотьеров Джакопо дал Верме, Пандольфо Малатеста и Фачино Кане, герцогине удалось переломить ситуацию и вытеснить заговорщиков из города. Они укрылись в Павии, где находился малолетний Филиппо Мария, и добились от него подписи под обвинением против Барбавары. Враги герцогини организовали комиссию, которая признала Катерину недееспособной. Она попыталась бежать из города в сторону Монцы, когда-то подаренной ей мужем в качестве свадебного подарка. Катерина была арестована и отправлена в тюрьму Форни, находящуюся в Монце. Все её попытки найти помощь за границей остались безответными. Она умерла в заключении, вероятно, от чумы.

Джованни Мария стал одним из самых худших правителей. Перешагнувший в юности через мать и почувствовавший вседозволенность, он легко следовал своим эмоциям и не чувствовал границ, на которых следует остановиться. В то время как Фачино Кане именем Висконти начал занимать разваливающиеся территории Миланского герцогства, новый герцог посвящал своё время охоте и собакам породы мастино. Ближайшим его человеком был заведующий псарней Джироламо Скварчиа, готовый выполнить любой самый безумный приказ герцога. Говорили, что Джованни Мария любил развлекаться тем, что смотрел, как его собаки разрывают людей. 16 мая 1412 г. он был убит по пути в церковь Сан Готтардо заговорщиками - сторонниками наследников Бернабо. Двое из них, Эсторре и Джованни Карло, были провозглашены новыми синьорами Милана, но не смогли удержать власть надолго.

Во время правления брата Филиппо Мария продолжал проживать в Павии. Когда пришла весть о смерти Джованни Мария, он оказался в руках Фачино Кане и был заключён в Павийскую крепость, покинутый всеми. Составленный при рождении гороскоп обещал Филиппо Марии, что он станет величайшим в своей семье, если только избегнет смерти от болезней и рук убийц. Словно в насмешку, в детстве он был постоянно изнуряем лихорадками, державшими его на границе жизни и смерти. Его ноги были ослаблены, и уже во взрослом возрасте он часто ходил, опираясь на кого – нибудь. В дни регентства матери и после её смерти он жил в постоянной опасности, в результате чего у него развились подозрительность и мнительность, зависимость от врачей и астрологических прогнозов. Когда Филиппо Мария уже потерял всякую надежду, спасти жизнь ему помогла неожиданная болезнь Фачино Кане, который, умирая и не имея иных наследников, передал ему свою жену и своё состояние в качестве её приданого, а также приказал своим отрядам по-клясться в верности новому господину. С этими новыми войсками Филиппо Мария смог не только вернуть все утраченные земли Миланского герцогства, но и захватить новые. Жена Фачино Кане, Беатриче, была казнена через шесть лет брака по обвинению в супружеской неверности. Возможно, таким способом Филиппо Мария отомстил за все пережитые им страхи. Герцог, опираясь на прогноз астрологов, женился на Марии Савойской, но брак его был несчастливым и бездетным. Единственный его ребёнок, дочь Бианка Мария, родился от связи с Аньезе дель Майно.

Герцог не позволял никому находиться в своём присутствии в тёмной одежде, сам же предпочитал белое и пурпур. Когда он с возрастом сильно растолстел, то стал одеваться в длинный кафтан и тюрбан. Считая себя безобразным, Филиппо Мария почти никогда не позволял себя портретировать. Лучшим его изображением считается медаль, выполненная Пизанелло.

Его друг и биограф Пьер Кандидо Дечембрио писал: «Жалуя большой кредит астрологам и астрологии как науке, допускал приходить к себе наиболее опытных в этой дисциплине и не предпринимал никаких инициатив, если не проконсультировался». В дни новолуния он запирался в своих покоях и не допускал к себе магистратов. Он приказал срубить все рябины, видя в их тени причину чумы, боялся встретить в пятницу стриженого наголо, страшился ночи и необычного пения птиц. Дечембрио, настроенный скептически в отношении предрассудков Филиппо Марии, тем не менее, признавал для его военных операций пророческую власть светил.

Не доверяя никому, герцог по нескольку раз за ночь менял стражу у своей спальни, сталкивал между собой своих военачальников. Тем не менее, одному из них, Франческо Сфорца, удалось жениться на дочери Филиппо Марии – Бианке Марии. Герцог не смог простить зятю, что тот обвел его вокруг пальца, и постоянно воевал с ним. Перед смертью, произошедшей 15 августа 1447 г., согласно одним рассказам, на вопрос о наследнике он ответил, что надеется, что всё его государство пойдёт прахом, а согласно другим – назвал имя Альфонсо Арагонского. На Филиппо Марии прямая линия рода Висконти пресеклась, и они, со всеми своими заслугами и преступлениями стали частью истории.

Синьория Висконти в Милане
К.и.н. Ковалёва М.В., МФ ОГТУ
Впервые статья была опубликована в "Вестнике Орловского Университета", № 3 (7), июль - сентябрь, 2009 год (С.171-181).
Tags: Вселенная Ренессанса
Subscribe

Posts from This Journal “Вселенная Ренессанса” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments