roman_rostovcev (roman_rostovcev) wrote,
roman_rostovcev
roman_rostovcev

ВСЕЛЕННАЯ РЕНЕССАНСА. ВЕНЕЦИЯ: ПОЛИТИКА - ТЕМНОЕ РЕМЕСЛО

Те же средства, порой весьма неприглядного свойства, что позволяли Венеции расширять свои владения в Восточном Средиземноморье, отличали и ее политику в Италии, причем с тем же успехом. Давний враг, Франческо да Каррара, хоть и присмирел после падения Генуи и сдачи Тревизо герцогу Леопольду Австрийскому, нисколько не утратил своей свирепости. Он так и не дождался, вопреки своим надеждам, поражения Венеции, но республика была потрясена, устрашена и унижена. Каррара обнаружил, что легко мог бы подчинить себе венецианские владения на terra fеrma и выйти из Генуэзской войны богаче, чем вступил в нее. Конечно, вскоре он этим и занялся, и в 1382 году он осадил Тревизо.
Результат превзошел его ожидания. Герцог Леопольд был готов принять Тревизо у венецианцев, но беспокоиться о его обороне и тратиться на нее был не готов. Он просто‑напросто продал Тревизо Карраре, а заодно с ним Беллуно, Ченеду и Фельтре, то есть контроль над главными торговыми путями в Доломиты и на Тирольскую возвышенность. Все это обошлось в 100 000 дукатов – сумма для Каррары, который приобрел практически все венецианские владения на суше, смехотворная.

Если не обращаться к наемникам, услуги которых в то время были очень дороги, Венеция не располагала ничем, что заслуживало бы названия сухопутной армии. С другой стороны, у Каррары не было флота, так же как и у Генуи в ее теперешнем состоянии, не было и никакой надежды на его появление. Поэтому венецианцы решили, что, чем рисковать в войне на другом берегу лагуны, лучше обратиться на запад, где последний отпрыск некогда великой династии Скалигери, Антонио делла Скала, еще владел Вероной и Виченцей – двумя спелыми плодами, готовыми упасть к ногам. Таким образом, Венеция не стала мстить Карраре. Она предпочла подождать.

Дож Веньер с советниками дождались того, что падуанская империя дотянулась до самого Венето, до самого порога Венеции. Но они предусмотрели еще кое‑что. С той же легкостью, с какой Каррара приобрел венецианские владения, его столкнули с Джаном Галеаццо Висконти, престарелым племянником Бернабо, который недавно сменил дядюшку, предположительно отравив его, и сделался повелителем Милана. Лицемер, интриган с непомерными амбициями и ненасытной жаждой власти, из всей знаменитой семьи Джан Галеаццо был самым опасным. Ссора с таким человеком рано или поздно означала войну, а война с Джаном Галеаццо Висконти означала поражение. Венеции оставалось только выждать время. Воевать с Каррарой было незачем, он сам шел к своей гибели.

На всякий случай не стоило действовать против Антонио делла Скала, не посоветовавшись предварительно с Миланом. 19 апреля 1387 года Веньер и Джан Галеаццо заключили соглашение, по которому Скалигери сбрасывались со счетов раз и навсегда. Верона отходила Милану, а Виченца – Падуе. Поначалу все шло как запланировано. Верону взяли, не встретив серьезного сопротивления. Антонио бежал в Венецию, затем во Флоренцию и Рим, где вскоре скончался от яда. Для Висконти, на гербе которых красовалась змея, это было парой пустяков. Виченцу Джан Галеаццо захватил тоже, проигнорировав условия соглашения.

Только теперь Франческо Каррара понял, что в Венеции все это предусмотрели, а он не рассчитал, связавшись с миланским герцогом, который использовал его, а теперь обманул. Наступив на горло своей гордости, он обратился к дожу Веньеру, доказывая, что Висконти для республики гораздо опаснее, чем он, и что защититься от него можно, только оставив независимую Падую между ними как буфер. Однако Висконти и тут опередил его, отправив к Риальто послов, чтобы утвердить свои права на Падую, реституцию Ченеды, Тревизо и некоторых стратегически важных крепостей по берегам лагуны.

Нелегко далось дожу принятие решения. Может быть, аргументы Каррары основывались на его собственных интересах, но они были убедительны. Джан Галеаццо меньше чем дважды за год доказал, насколько опасным может быть его соседство. Сомнительно, чтобы при удобном случае он отнесся к Венеции с большим уважением, чем к Вероне или Падуе. Однако то, что во время последней войны он ничего не предпринял, доказывало, что Венеция ему не по зубам. Венецианцам требовался контроль над Тревизо и проходами в горах, без которого их торговля с Центральной Европой задыхалась. Наконец, как ни полезен был буфер, хорошо известно, что на эту роль плохо подходил Франческо Каррара, которого в Венеции ненавидели и намеревались уничтожить. 29 мая 1388 года предложения Милана формально приняли.

Каррара не терял надежды даже после этого. Считая, что позиция Венеции обусловлена только враждебностью к нему лично, он отрекся от власти в пользу сына Франческо, которого, чтобы отличать от отца, прозвали Новелло (Новый). Но это ему не помогло. Армия Висконти вошла в Падую, а венецианская эскадра поднялась по течению Бренты, и Франческо Новелло был схвачен. Карарра, отца и сына, поместили в Монце и Асти соответственно, а Венеции отныне предстояло остерегаться нового, смертельно опасного соседа.

Ее политика в отношении Джана Галеаццо была предельно проста – от него следовало как можно быстрее избавиться. Очевидно, в одиночку с ним было не управиться. Но в бесконечном вращении калейдоскопа итальянской политики снова и снова повторялся один и тот же рисунок – если одно государство становится слишком крупным и слишком сильным, другие, соседние, объединяются против него до тех пор, пока оно не падет. На это и рассчитывали в Венеции. Джан Галеаццо в то время был самым могучим повелителем Европы, гораздо сильнее, чем Ричард II Английский или психически неустойчивый Карл VI Французский. Но ему этого было мало. Не прошло и года после захвата Падуи, как он обратился против Флоренции и Болоньи.

Он превзошел свои возможности. Франческо Новелло, бежавший с семьей из Асти, собрал временный союз против Висконти и стал главным его идейным вдохновителем. Вместе с ним самим, Флоренцией и Болоньей в союз входили Франческо Гонзага Мантуанский, Кан Франческо Веронский (обездоленный сын Франческо делла Скала) и герцог Роберт Баварский. Теперь им требовалась еще и поддержка Венеции. Тут уж Венеция не колебалась. Всего два года назад Джан Галеаццо был ей союзником, а Каррара – заклятым врагом. Но верность – роскошь, которую не могло себе позволить ни одно итальянское государство. Дипломатия основывалась на сохранении баланса сил путем стравливания одного врага с другим. Венеция легко и непринужденно сменила сторону, вступила в союз и охотно предоставила Франческо Новелло и молодому Антонио недавно отвоеванный Тревизо в качестве базы для действий против Падуи.

Весна 1390 года выдалась сухой и жаркой. В ночь на 18 июня Франческо Новелло тайком повел небольшой отряд к родному городу по руслу Бренты, в которой почти не осталось воды. Деревянный частокол – единственное препятствие – быстро разобрали, и народ Падуи, который два года только и ждал подобного случая, радостно приветствовал своего повелителя и взялся за оружие. Эта победа и позволяла говорить об освобождении Флоренции, и была серьезным испытанием для Джана Галеаццо, которому пришлось стянуть большую часть армии из Тосканы, чтобы мятеж не распространился на Верону, которая пыталась таким же образом, только не столь успешно, вернуть себе независимость. К тому же Галеаццо тревожила солдатская удача сэра Джона Хоквуда, англичанина на службе Флоренции, который преследовал его до самой реки Адда и нанес серьезный урон его войску под командованием французского генерала Жана д’Арманьяка. Короче говоря, падуанская кампания, проводимая Франческо Новело, из действия, чреватого опасным военным кризисом, превратилась в патовую комбинацию. Так и решили все стороны, заключив в 1392 году в Генуе мирный договор. Молодой Каррара, опасавшийся допускать Венецию к этому договору, пока не согласуют все условия, стал желанным гостем для дожа, на все лады благодарившего его за поддержку и причислившего его к венецианскому благородному сословию.

Не сыграв в войне активной роли, Венеция не ставила со своей стороны подписи под договором. Тем не менее надеялась на многое. Помимо того, что возвратили Тревизо, хитрые политики, не пролив ни капли венецианской крови, обуздали могущество Милана, а в Падуе благожелательный и даже послушный Франческо Новелло сменил своего несносного отца. Конечно, этот мир означал всего лишь передышку. Джан Галеаццо Висконти, хоть и не достиг всего, что хотел, но ничего и не потерял. Он уже собирал силы для нового нападения, и через три года оно произошло.

Сначала казалось, будто противники Джана Галеаццо в состоянии держать его под контролем. В 1395 году, когда он двинулся на Мантую, Венеция, Флоренция и Болонья, при активной помощи Каррары, бросились защищать соседа. Сражаться не имело смысла, и вскоре, в 1400 году, заключили мир, длившийся недолго и непрочно. Хрупкое равновесие нарушил в 1402 году Руперт Пфальцский, который был избран императором Священной Римской империи и ехал, как он считал, в Рим на коронацию. По пути его упросили сделать остановку в Ломбардии и сокрушить излишне дерзкого вассала. Ограниченный в войске и деньгах, император не представлял себе ни силу Джана Галеаццо, ни положения дел в Италии. В апреле он, разгромленный и униженный, с жалкими остатками войска вернулся в Германию.

Победа над величайшим правителем Европы воодушевила Висконти. Он пробился в Болонью и всеми силами обрушился на Флоренцию. Когда под его контролем оказались Пиза, Сиена и Лукка, город, казалось, был обречен. Если он падет, Тоскана соединится с Ломбардией, Умбрия и Романья попадут в зависимость к Милану, кто знает, устоит ли Венеция? Джан Галеаццо был силен, как никогда. Ему было всего пятьдесят лет, его люди прекрасно подготовлены. Северное Итальянское королевство, протянувшееся от Генуи до Адриатического моря, казалось, уже было в его руках.

Внезапно 13 августа 1402 года его свалила лихорадка, и три недели спустя он скончался. Для венецианцев его смерть выглядела чудом, тем более что его огромные владения переходили в наследство трем его сыновьям, старшему из которых не было еще и четырнадцати. Его вдова, назначенная регентшей, как оказалось, не способна управлять ни ими, ни жадными генералами и кондотьерами, которые долгие годы сражались за Висконти, а теперь решили озаботиться получением собственных владений. К концу года герцогство Миланское, сильнейшая держава Европы, начало распадаться.

Оживились и давние враги Джана Галеаццо, и первый из них – Франческо Новелло Каррара, который двинулся войском на Виченцу. Зная о том, что творится в Милане, он не ожидал встретить серьезного сопротивления, но его отразили сами граждане Виченцы, избежавшие одной политической авантюры и не желавшие становиться жертвами другой. Однако сами они долго держать оборону не могли, и не долго думая они попросили о помощи Венецию. Их посольство достигло Риальто одновременно с посольством герцогства Миланского, просившего у Венеции помочь защитить от Каррары Виченцу и Верону.

После смерти Джана Галеаццо для Венеции больше не было смысла в союзе с Франческо Новелло. Интуиция венецианцев говорила, что воевать с ним нужно до тех пор, пока вся эта династия не исчезнет с лица земли. Обладание Вероной и Виченцей позволяло прикрывать большую часть подходов к Венеции с суши. К Франческо Новелл о под стены Виченцы был отправлен герольд с требованием увести войска. Послушный ранее венецианским союзникам, молодой Каррара заупрямился. «Сейчас мы сделаем из этого герольда льва святого Марка», – сказал он и в ярости приказал разрезать ему нос и подрезать уши.

Такой поступок был не просто жестоким, но и безрассудным. Если бы Франческо Новелло отступил, он лишил бы Венецию повода для войны, и возможно, сохранил бы династию. Но своим поступком он сам себя уничтожил. После того как его отогнали от стен Виченцы, ему пришлось оборонять свою Падую. Надо отдать ему должное, он храбро держал венецианскую осаду, не соглашаясь ни на какие условия, Наконец голод и вспышка чумы из тех, что опустошали Европу в конце XIV – начале XV веков, заставили его смириться. 17 ноября 1404 года Падуя пала. Франческо вместе с сыном Якопо привезли в Венецию в цепях. Народ был настроен против него (этому способствовали слухи, будто он собирался отравить городские колодцы), поэтому пленников, ради их же безопасности, сначала заключили в монастырь Сан Джорджо Маджоре. Только через несколько дней их удалось переправить во Дворец дожей, где на верхнем этаже специальное помещение отводилось для содержания узников высокого ранга.

За это время расследовалась деятельность Каррары. Намерение отравить колодцы не подтвердилось, зато открылся организованный им заговор, имевшей целью свержение республики. По мере расследования выявились имена вовлеченных в заговор представителей знати. Совет десяти привлек в помощь шестерых чиновников, владевших вопросом, и заседал денно и нощно, раскрывая новые нити и опрашивая сотни подозреваемых, нередко под пыткой. Чем дальше они расследовали, тем больше получали свидетельств того, что все нити тянутся к роду Каррара. Отца и сына приговорили к смерти. История о том, что их в железной клетке подвесили с крыши дворца, ничем не подтверждается. Обоих задушили 17 января 1405 года в тюрьме, причем Франческо Новелло, пока мог, храбро, но тщетно защищался деревянным стулом.
Джон Норвич «История Венецианской республики»
ИД  ACT МОСКВА; М.; 2009
© John Julius Norwich, 1982
© Перевод. И. Летберг, 2009
Tags: Вселенная Ренессанса
Subscribe

Posts from This Journal “Вселенная Ренессанса” Tag

promo roman_rostovcev december 8, 2015 15:10 20
Buy for 50 tokens
SH.
В своё время, пару лет назад, я написал набор из 12 небольших эссе о Шерлоках: https://yadi.sk/i/PivgitK9v2hze Это сравнительные эссе о классическом Шерлоке Дойла и Шерлоке из британского сериала. Своего рода энциклопедия конспирологии на викторианской основе:) Если хотите помочь автору:…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments