roman_rostovcev (roman_rostovcev) wrote,
roman_rostovcev
roman_rostovcev

ИСТОРИЧЕСКИЕ ПОРТРЕТЫ. ГОЛОВА БАРБАРОССЫ

Король Стефан умер в октябре 1154 года. За два десятилетия его правления население Англии сократилось на треть, бароны и рыцари построили более тысячи замков, торговля была подорвана, сельское хозяйство пришло в страшное запустение. Юному королю Генриху II досталось неважное наследство. Мы знаем, что люди в Средние века умирали раньше, чем наши современники. Но забываем, что они куда раньше взрослели. Это была своеобразная компенсация за укороченную жизнь. Можно подумать, что природа, обнаружив, что люди стали жить на двадцать‑тридцать лет дольше, успокоилась и не стала торопить их со вступлением в зрелость.
В двадцать лет Генрих II, человек уже опытный в боях и походах, вступил в борьбу за престол. В двадцать один год он его получил. Само пребывание на престоле еще ничего не означало – нередко королями становились и младенцы. Но Генрих II обнаружил качества крупного государственного деятеля. Когда в исторических трудах говорится о том, что Генрих, взойдя на престол, первым делом усмирил буйных феодалов, изгнал из страны фландрских наемников, добился мира на дорогах и провел судебную реформу, мы воспринимаем его действия как бы вне возраста. Разумеется, молодой английский король был не одинок – подавляющее большинство англичан с готовностью поддерживало любые меры, ведущие к установлению порядка в стране. Но ведь у короля были могучие противники – его реформы ущемляли интересы феодальной знати и духовенства.

За тот год, пока Генрих более или менее спокойно дожидался в своих французских владениях английского трона, он успел жениться. Элеонора Аквитанская была, пожалуй, самой богатой невестой в Европе. Земли ее отца занимали большую часть Западной Франции – от Бретани до Пиренеев. Герцог Аквитанский мало чем уступал французскому королю.

Аквитания славилась не только роскошными виноградниками, тучными стадами и богатыми городами. Там расцветала и поэзия, там царствовал культ возвышенной любви, и Элеонора в пятнадцать лет уже была признанной королевой Двора Любви, и в ее честь слагали песни лучшие трубадуры.

Сочетание красоты, живого независимого характера, светлого ума и невероятного богатства обращало к Элеоноре взоры многих королевских семейств, но энергичнее всех был король Франции Людовик Толстый. Он был так толст, что почти никогда не поднимался с ложа, но это не мешало ему быть неглупым правителем, и незадолго до своей кончины он принял меры, чтобы девушка из Аквитании обвенчалась с его сыном, наследником французского престола, который будет править под именем Людовика VII.

С юности Людовик отличался набожностью, любовью к порядку, переходящей в занудство, и крайней нерешительностью. Несмотря на набожность и любовь к духовному чтению, он был очарован аквитанской красавицей. Так что в 1137 году пятнадцатилетняя Элеонора вышла замуж за принца Людовика.

Вскоре после этого на Людовика начали обрушиваться несчастья, источником которых оказывалась Элеонора. Первое было связано с ее требованием прийти на помощь ее сестре. А сестра Элеоноры Петронилла влюбилась в женатого графа Вермандуа, который из‑за нее бросил жену. Родственники жены двинулись на влюбленного графа войной. Дела графа шли из рук вон плохо. Элеонора заставила Людовика собирать армию и спасать сестру. Людовик подчинился. В ходе этой войны произошел весьма прискорбный эпизод: войска Людовика штурмом взяли один город, более тысячи жителей которого нашли убежище в соборе. Собор загорелся, и люди погибли. Это вызвало у Людовика глубокое чувство раскаяния и заставило стать еще более набожным. Элеонора супруга своего не любила, но делила с ним ложе и в первые годы замужества родила двух дочерей.

Унаследовав Францию и права на Аквитанию, Людовик, вместо того чтобы заниматься государственными делами, решил принять участие во Втором крестовом походе. Лавры освободителя Святой земли манили его больше, чем слава доброго государя.

Нельзя судить о человеке Средневековья по нашим меркам. Рациональность и трезвость XX века, который, в значительной степени лишившись религиозности, продолжает держаться за суеверия, ему были совершенно чужды. Средневековая Европа знала о Святой земле меньше, чем древние римляне. Куда известнее был мир духовный, центром которого была церковь. Загробная жизнь считалась не менее реальной, чем жизнь земная, освобождение гроба Господня не представлялось фикцией, а было необходимым делом, чтобы достичь торжества духа и приблизить царство Божие. Иерусалим был не просто ближневосточным городом – он был символом.

Разумеется, организация крестовых походов диктовалась большой европейской политикой, но мало кто из участников этой эпопеи видел ее приводные ремни. Каждый рыцарь искал выгоду, и материальную, и духовную, потому что они были для него неразделимы. Нам кажутся нелогичными поступки жадных и жестоких крестоносцев, которые заключали союзы с сарацинами против братьев‑христиан, разрушали христианский Константинополь, поднимали оружие друг на друга, шли на клятвопреступления. Но в сознании крестоносца все это отлично уживалось и всему находилось объяснение и оправдание. Каждый ставил себе высокую цель – личное благополучие на реально существующем том свете, не забывая о благополучии на свете этом.

Законы экономики и социального развития определяют движение общества, но не поведение отдельного его члена.

Для Людовика VII, который отправился в Святую землю, едва вступив на престол, человека меланхоличного, склонного к мистике, отягощенного гнетом греха, крестовый поход сулил очищение и вселял надежду на великую славу, а может быть, был способом бегства от действительности. Приняв крест, ты становился выше прочих людей.

Узнав, что муж готовится к крестовому походу, Элеонора возликовала. Она заявила, что также отправляется в крестовый поход и намеревается рубить неверных сарацин, как капусту. Людовик мог предположить, что его юная супруга, только что перенесшая вторые роды, изъявит желание ухаживать за больными и ранеными, выполняя свой христианский долг. Ничего подобного. Поборница женских прав потребовала, чтобы ей разрешили собрать отряд знатных дам, которые готовы поднять меч во славу Господа.

Элеоноре в тот век относительной свободы женщин удалось собрать отряд. В нем состояли такие «звезды» тогдашнего света, как герцогиня Бульонская и графиня Тулузская. Мужья, отцы, братья всех входивших в него дам не заперли их в замках. Они их отпустили в поход, и мир от этого не перевернулся.

Королева отнеслась к крестовому походу со всей серьезностью. Каждое утро дамы выезжали на пустырь, чтобы тренироваться во владении мечом и копьем. С рассвета вокруг пустыря собирались любопытные. Сшили и форму. Она состояла из длинной белой туники, плаща с разрезом сбоку до пояса (на плаще и тунике был нашит большой красный крест), красных сапог с оранжевыми отворотами и красных в обтяжку рейтуз. Прекраснее всех была, разумеется, Элеонора.

Хронисты времен крестовых походов оставили портреты действующих лиц европейского Средневековья. Описания эти большей частью идеализированы и подчинены тогдашнему пониманию красоты. Поэтому герои кажутся похожими друг на друга, как все красавцы и красавицы в восточной поэзии.

Проблема портрета, портретного сходства, достоверности европейского искусства в XII веке достаточно сложна.

Дело в том, что картина еще не родилась. В храме расписывали лишь алтарь, где не место светским персонажам. Возможно, развитию портрета мешало и отношение католической церкви к иконе – первоначальному портрету. Ведь даже в восточной церкви у ортодоксов ровного отношения к иконе не было. То возникали иконоборческие течения, то при византийском дворе начиналась отчаянная борьба между врагами и сторонниками икон.

Пройдет еще двести лет, прежде чем фреска в итальянском храме оторвется от стены и станет картиной, и почти сразу появятся великие художники, словно природа ждала этого момента, бережливо лелея юные дарования. Величайший, на мой взгляд, художник мира Альбрехт Дюрер оказался одним из самых первых.

В XII веке существовал лишь один способ изображать схожим светское лицо. Это скульптура. Причем скульптура двух видов – храмовая и погребальная.

Во‑первых, в храмах существовал обычай изображать доноров – то есть людей, которые вносили крупные суммы на поддержание храма. Их лица, а то и фигуры прятались среди стремительных вертикалей бурно развивающегося нового стиля – готики.

Порой среди этих скульптур встречались удивительные творения искусства. Готическая школа скульптуры была особенно сильна во Франции и Германии. Есть несколько соборов, куда и сегодня люди отправляются как в картинные галереи. Это храм в Наумбурге, собор в Бамберге, Реймский собор, Шартрский собор…

Изысканные, вытянутые, нервные фигуры святых, королей, а то и просто горожан исполнены настолько живо и легко, что странно становится: зачем же было скульптуре совершенствоваться еще восемьсот лет, чтобы прийти к ее современному состоянию? Причем скульптура готическая принципиально разнится от античной. Та была натуралистична, правда в добром смысле этого слова. Античный скульптор ставил себе задачу передать человеческое тело, человеческое лицо как можно более соответствующим действительности. Желательно было выделить каждую мышцу, каждую морщину… Готическому скульптору не важно, каковы детали портрета, – он создает настроение, он ловит мгновение, чтобы через него показать духовную сущность человека.

В античной скульптуре вы всегда можете сказать: вот так выглядел сенатор такой‑то в середине жизни. Готический скульптор в Наумбурге говорил вам: полюбуйтесь улыбкой Уты, загляните в ее чистое сердце. И, наверное, поэтому античные портреты всегда серьезны. Вряд ли вы вспомните античный портретный бюст, который улыбается или плачет. В готике же каждое лицо – это настроение. Но не следует думать, что духовность скульптур Наумбурга или Реймса евангелически бесплотна. Просто удивительно, насколько человечны и индивидуальны персонажи готического мира – от Иосифа и Иуды в сценах Страшного суда и предательства Иуды до скромно, но с достоинством стоящих у стены, словно любуясь своим храмом, графа Эберхарда и его молодой жены – прекрасной Уты.

Вторым типом скульптуры, претендующим на сходство с оригиналом, были надгробные изображения в соборах. Обычно лицо королевского происхождения либо фигура иной степени важности могла претендовать на погребение прямо в центре зала собора родного города. Саркофаг, стоящий в соборе, украшен был, как правило, лежащей фигурой покойного, держащего в руке Библию или меч в зависимости от рода любимых занятий. Разумеется, лики этих статуй были «улучшены» по сравнению с оригиналом, но общее сходство сохраняли.

Скульптуры‑надгробия сохранились у всех королей из династии Плантагенетов. А так как эта династия правила несколько сотен лет, то последние ее представители умерли в эпоху портрета, и их портреты сохранились в изобилии. То есть мы получили возможность проверить, соответствует ли надгробная скульптура портрету, и убедиться, что это именно так.

Когда смотришь на надгробные статуи, то видишь фамильное сходство Генриха II и его сыновей – Ричарда Львиное Сердце и Джона (Иоанна Безземельного). Все они широкоскулые, с короткими прямыми носами, большими широко расставленными глазами, и все трое, следуя моде и семейным вкусам, носят короткую окладистую бороду и усы. Известно притом, что Ричард был блондином, а у Генриха и Джона волосы были темными.

Сохранилось только одно скульптурное изображение Элеоноры Аквитанской – ее надгробие в аббатстве Фонтевро. Дело в том, что прах непокорной королевы и матери королей перенесли во Францию, где были похоронены умершие в походах ее муж и старший сын. По просьбе матери ее положили рядом с Ричардом. Генрих остался в стороне. Следы многолетней борьбы и вражды видны и после смерти участников трагедии, мирно покоящихся в провинциальном французском храме.

Хотя скульптор, как положено, тщательно избегал конкретных признаков старости, стараясь придать семидесятилетней даме вид вне возраста, можно понять, что перед нами лицо пожилой женщины. Но, убирая признаки старости, скульптор этим как бы подчеркнул черты лица, не меняющиеся с возрастом, – высокий крутой лоб, большие глаза, разлетающиеся четкие брови, прямой, с высокой переносицей нос, крутой упрямый подбородок – все это не противоречит описаниям, оставленным хронистами.

Что касается иных европейских героев этой книги, то дело с их изображениями (достоверными) обстоит хуже.

Как будет рассказано ниже, Фридрих Барбаросса погиб вдали от дома. Так что его саркофага не существует. Нет и статуи. Мне известны два изображения Фридриха, которые могут претендовать на сходство с императором.
Первое относится к категории, к которой мы не раз обращались, когда речь шла о восточном портрете. Это книжная миниатюра. Однако, как вы понимаете, чаще всего монастырский художник, который иллюстрировал манускрипт, знал своего героя понаслышке. Слишком мало шансов на то, что ему довелось увидеть живьем императора Фридриха, даже если художник был его современником. Так что художник опрашивал знающих людей, а они ему говорили: «Рассказывают, что у нашего императора рыжая борода…»

Как ни странно, я куда больше доверяю сосуду, изготовленному в виде головы императора Фридриха. Сосуд серебряный, в отличие от рукописи он должен был стоять на виду в хорошем обществе. А значит, желательно, чтобы Фридрих был на себя похож. Хотя бы формально. Так что я испытываю больше доверия к сосуду, чем к миниатюре. Может быть, ошибаюсь.

Кстати, как на миниатюре, так и на сосуде борода у императора короткая. Думаю, что такое совпадение вряд ли случайно. Наверное, она была очень рыжей, если запомнилась современникам. Но уступала по размерам «Синей бороде».

Игорь Всеволодович Можейко
«1185 год»: Время; Москва; 2013
ISBN 978‑5‑9691‑1012‑0
Tags: Исторические портреты
Subscribe

Posts from This Journal “Исторические портреты” Tag

promo roman_rostovcev december 8, 2015 15:10 20
Buy for 50 tokens
SH.
В своё время, пару лет назад, я написал набор из 12 небольших эссе о Шерлоках: https://yadi.sk/i/PivgitK9v2hze Это сравнительные эссе о классическом Шерлоке Дойла и Шерлоке из британского сериала. Своего рода энциклопедия конспирологии на викторианской основе:) Если хотите помочь автору:…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments