roman_rostovcev

Categories:

ДЕМОНЫ ОКТЯБРЯ. КРАСНАЯ КАББАЛА

Зачем же для цареубийства понадобились такие сложности? Ведь комиссар Яковлев, столь добросовестно исполнивший приказ, на самом‑то деле был крутым и довольно жестоким человеком. Достаточно было дать ему другую инструкцию, и что бы ему помешало уничтожить Романовых еще в Тобольске? Или по дороге? Или в поезде? Наконец, он сам мог бы даже ничего не предпринимать, но не препятствовать убийцам в Тобольске или на вокзале в Екатеринбурге. И никаких оправдательных версий потом не пришлось бы придумывать – самосуд разъяренной толпы, и все тут… Нет, зачем‑то обязательно требовалось доставить и сохранить Романовых живыми! Зачем?

Ответ на эти вопросы дают Н. А Соколов, производивший расследование убийства, участвовавшие в расследовании английский журналист Р. Вильтон, генерал М. К. Дитерихс. Эти данные приводятся в работах О. А. Платонова, Д. Н. Меркулова и В. М. Бобровника и др. Дело в том, что истребление Николая Александровича вместе с его родней и близкими не было обычным политическим или уголовным преступлением. Это было ритуальное убийство. Тайное каббалистическое жертвоприношение…

Начнем с обстоятельства, о котором по сей день столько вопят любители «оккультятины» – надо ж, мол, какое роковое совпадение! Династия Романовых началась в Ипатьевском монастыре и закончилась «в доме купца Ипатьева»… Но неужели не ясно, что никакого «совпадения» не было? Что Романовых преднамеренно поместили в доме Ипатьева, заранее намечая уничтожить в нем? Мало того, никакого купца Ипатьева не существовало. Дом принадлежал купцу Г. И. Шаравьеву О. А. Платонов приводит сведения, что дом являлся «чистым» с магической точки зрения, в его стенах за 50 лет со времени постройки ни разу не было мертвого тела. Приводит и версии, что одно время в нем размещалась тайная синагога.

А в январе 1918 г. здание купил инженер Ипатьев. Хотя, согласитесь, это выглядит довольно странно. Ну какой нормальный человек в России в январе 1918 г. стал бы приобретать недвижимость? Когда уже были национализированы банки, промышленные предприятия. И уже вовсю начали прижимать домовладельцев, отнеся их к «буржуям»? Да и на какие средства можно было купить дом? Все банковские счета частных лиц уже накрылись! Предположим, инженер Ипатьев хранил крупные суммы наличными – в домашнем сейфе, в наволочке, в кубышке. И не додумался ни до чего лучшего, кроме как грохнуть их на покупку дома? В то время как другие люди, сохранившие какие‑то средства, спешили обратить их в золото, драгоценности, твердую валюту?

Э. Радзинский сообщает, что Ипатьев был хорошим знакомым Войкова. А в апреле именно Войков потребовал от хозяина выехать. Так может, Ипатьеву «помогли» и совершить приобретение? По «дружбе»? Кстати, откуда взялся Ипатьев, куда он делся потом – неизвестно. Он как будто и появился только для того, чтобы купить дом и исчезнуть. То есть получается… что дом сделали «домом Ипатьева». Найдя человека с подходящей фамилией, обеспечив «роковое совпадение» и замкнув таким образом каббалистический круг между Ипатьевским монастырем и местом убийства.

Дом Ипатьева к приезду царя был заблаговременно превращен в тюрьму, обнесен высоким двойным забором с будками для охраны, между заборами оставили подобие дворика для прогулок (два раза в день по полчаса). О принятии царя Белобородов доложил лично Свердлову, и он в ответе дал указание: «Предлагаю содержать Николая самым строгим порядком». Поэтому режим установили не такой, как в Тобольске. Там был «полутюремный», здесь – окончательно тюремный. Охраняли две независимые друг от друга команды, внутренняя и наружная. Наружная под командованием Медведева жила рядом с домом, внутренняя, из красногвардейцев Злоказовской фабрики под командованием коменданта Авдеева – в самом доме, на первом этаже.

ВТ. Орлов, собиравший свои данные по чекистским каналам, пишет, что «Войков… Голощекин и Сафаров сыграли решающую роль в споре о необходимости расстрела… Хотя смертный приговор был подписан Белобородовым по указанию Свердлова, он был лишь слепым орудием в руках этой троицы». Ну нет! Председатель исполкома Уральского Совета Белобородов отнюдь не был безобидной «овечкой». Это был бандюга еще тот. Но в том‑то и дело, что он был обычным русским бандюгой (некоторые источники приводят гипотезу о его еврейском происхождении и фамилию Вайсбард, но документами это не подтверждается). Поэтому на долю Белобородова осталась роль номинального руководителя, а верховодили всем действом Голощекин, Войков, Сафаров. Плюс Юровский. И никакого «спора о необходимости расстрела» никогда не возникало. Вопрос был предрешен. Неясности проявлялись лишь по поводу деталей.

12 июня произошло первое убийство. В Перми. Здешние «революционеры» Мясников, Марков, Иванченко, Жугжов, Колпакщиков уничтожили великого князя Михаила Александровича и его секретаря Джонсона. Их убили без всякого ритуала. Вывезли за город, расстреляли и тайно закопали. После чего объявили, будто Михаил Александрович «бежал». Что ж, здесь ритуала не требовалось. Убийство было политическим. Напомним, что Михаил Александрович отрекся с оговоркой – если его не призовет на престол Учредительное Собрание. Которое было разогнано. То есть с юридической точки зрения он все еще оставался кандидатом на трон. Но он не был Православным Царем с духовной точки зрения! Над ним не было совершено таинство миропомазания на царство! И если в суматохе «бумажных» отречений марта 1917‑го столь важная вещь была забыта, то заказчики цареубийства об этом хорошо помнили. Истинным царем, несмотря ни на какие отречения, оставался Николай II…

О. А. Платонов считает, что расправа над Михаилом Александровичем была «пробным шаром» – посмотреть, как отреагируют иностранцы, «общественное мнение». Позволю высказать и другие предположения. Это мог быть и «фальстарт». Преждевременное убийство. Каковое Яковлев предотвратил в Тобольске и Екатеринбурге. Но там была «столица» края, ситуацию взяли под контроль Уралсовет и эмиссары Свердлова. А в Перми орудовали провинциальные громилы. Могли и не «дотерпеть». Еще одна версия – при разработке ритуала определили, что Михаил Александрович не понадобится. И дали «добро» на устранение «лишних» жертв. Или таким путем создавалась версия прикрытия. Версия некой могущественной подпольной организации, которая смогла похитить Михаила Александровича, а значит, могла организовать побег и для Николая II, что позволяло официально оправдать цареубийство.

В пользу последнего предположения говорит тот факт, что в июне в дом Ипатьева стали передаваться записки за подписью «Офицер» – дескать, держитесь, освобождение близко. Фабриковал их Войков. Возможно, и в самом деле местными большевиками рассматривался вариант убийства с инсценировкой побега. По воспоминаниям участников злодеяния, обсуждались и разные способы убийства – закидать бомбами, перестрелять из наганов, зарезать в постелях.

Что же касается отношения иностранцев, «общественного мнения», то до царя и его родных никому никакого дела не было. При переездах и растасовках семьи Романовых некоторым приближенным, прислуге невысоких рангов удалось вырваться на свободу. В частности, воспитателю наследника Алексея швейцарцу П. Жильяру. И незадолго до убийства он обратился к британскому консулу. Описал ему ситуацию и молил предпринять шаги для спасения Николая Александровича, его жены и детей. Могло ли подействовать твердое дипломатическое предостережение Советскому правительству? В той тяжелой обстановке, в которой очутились большевики летом 1918‑го, думается что да. По крайней мере, это могло заставить их осторожничать, отложить расправу. Но Жильяр получил заявление, что, по мнению англичан, положение царя «не является угрожающим»!

Ну а сценарий убийства был определен не в Екатеринбурге. А в Москве. В начале июля Голощекин отправился в столицу – на съезд Советов. Как обычно, жил у Свердлова, общался с ним. Там и получил окончательные инструкции. (Опять можно подивиться энергии и организаторским способностям Якова Михайловича – он и Конституцией занимается, и «левоэсеровским мятежом», а одновременно и цареубийством). В это же время, 4 июля, была заменена внутренняя охрана дома Ипатьева. Под предлогом злоупотреблений снимают коменданта Авдеева, его помощника Мошкина арестовывают, красногвардейцев Злоказовской фабрики отправляют восвояси. Их заменяют латышами отряда особого назначения Свикке (Родионова), комендантом становится Юровский, помощником – Никулин. О смене караула докладывают в Москву: «Свердлову для Голощекина».

Была определена и приблизительная дата ритуала. В 1990 г. на аукционе «Сотби» было выставлено донесение Белобородова в Москву о цареубийстве: «Ввиду приближения контрреволюционных банд к красной столице Урала Екатеринбургу и ввиду того, что коронованному палачу удастся избежать народного суда (раскрыт заговор белогвардейцев с целью похищения бывшего царя и его семьи) президиум Ур. Обл. Сов. Раб., Кр. и Кр. Арм. Депутатов Урала, исполняя волю революции, постановил расстрелять бывшего царя Николая Романова, виновного в бесчисленных кровавых насилиях над русским народом. В ночь с 16 на 17 июля приговор этот приведен в исполнение. Семья Романовых, содержавшаяся вместе с ним под стражей, эвакуирована из города Екатеринбурга в интересах общественного спокойствия».

Исследователи обратили внимание – в датах 16 и 17 были проставлены только единицы, а цифры 6 и 7 вписаны позже, другими чернилами. Судя по всему, текст заранее, во время пребывания Голощекина в Москве, был согласован со Свердловым. И намечена вторая декада июля. А конкретный день был уточнен позже, когда и вписали цифры в заготовленный текст.

С возвращения Голощекина закипает уже непосредственная подготовка к акту. Юровский лазил в районе так называемой Ганиной Ямы, глухом углу лесов и болот. В этих местах было много старых шахт и штолен, и выбиралось место для сокрытия трупов. Заготавливалось большое количество керосина и серной кислоты для уничтожения тел. И спирта – поить участников.

За день до ритуала появляется еще одно действующее лицо трагедии. Как установило следствие из опроса свидетелей, «в Екатеринберг из Центральной России прибыл специальный поезд, состоявший из паровоза и одного пассажирского вагона. В нем приехало лицо в черной одежде, похожее на иудейского раввина. Это лицо осмотрело подвал дома» (т. е. место ритуала). О неизвестном еврее с «черной, как смоль, бородой» пишут Дитерихс и Вильтон. Он был важным лицом, прибыл с собственной охраной из 6 солдат. Доказательством его присутствия стал и найденный в камине дома Ипатьева незаполненный бланк на идиш – бланк органа центрального комитета еврейской коммунистической организации в Москве. Той самой, созданной под эгидой Свердлова на Варварке.

Очевидно, «инспектор» проверил и готовность местных сил. А дата уточнилась 16 июля. Голощекин и Сафаров направили Свердлову телеграмму, что «условленного Филипповым суда по военным обстоятельствам ждать не можем» (Филиппов, Филипп – псевдонимы Голощекина, суд – условное название убийства). Но и Яков Михайлович в этот день дает команду. Так называемая «Записка Юровского» сообщает, что «16 июля была получена телеграмма из Перми на условном языке, содержавшая приказ об истреблении Романовых». Пермь находилась в подчинении Екатеринбурга, поэтому ясно, что приказ пришел через Пермь из Москвы.

Юровский в эти дни обменивался со Свердловым и другими шифровками, уточнял детали. Телеграфные ленты при этом изымались, но отступление красных из Екатеринбурга было настолько поспешным, что о лентах забыли и бросили, они попали в руки следствия. Хотя расшифровать их удалось далеко не сразу. И из текстов стало ясно, что Яков Михайлович имел контакты с заокеанскими воротилами иудейских масонских лож! Именно с ними согласовывая предстоявшее цареубийство. Процитирую книгу О. А. Платонова.

«В 1922 году следователю Н. А. Соколову с помощью специалиста по шифрам удалось прочитать телеграфные сообщения, которыми большевистские вожди обменивались перед убийством Царской семьи. В одном из этих сообщений Свердлов вызывает к аппарату Юровского и сообщает ему, что на донесение в Америку Шиффу об опасности захвата Царской семьи белогвардейцами или немцами последовал приказ, подписанный Шиффом о необхожимости «ликвидировать всю семью». Приказ этот был передан в Москву через Американскую Миссию, находившуюся тогда в Вологде, равно как через нее же передавались в Америку и донесения Свердлова.

Свердлов подчеркивал в своем разговоре по прямому проводу, что никому другому, кроме него, Свердлова, обо всем этом не известно, и что он в таком же порядке передает приказание «СВЫШЕ» – ему, Юровскому, для исполнения. Юровский, по‑видимому, не решается сразу привести в исполнение этот приказ, но на следующий день он вызывает к аппарату Свердлова и высказывает свое мнение о необходимости убийства лишь ГЛАВЫ СЕМЬИ – последнюю же он предлагал эвакуировать. Свердлов снова категорически подтверждает приказание убить ВСЮ семью, выполнение этого приказа ставит под личную ответственность Юровского».

Дата назначается – 17 июля. О. А. Платонов предположил, что ее выбрали из‑за совпадения, 17 июля 1174 г. был убит великий князь Андрей Боголюбский при участии «жидовина» Анбала и Офрема Моизовича. Но дата могла быть выбрана и из более мудреных, астрологических соображений. Спешно делались последние приготовления, распределялись роли непосредственных палачей. Возглавил их Юровский. Состав «бригады» в разных источниках различается – впоследствии участники оспаривали друг у друга «заслуги». Но известно, что в команду вощли Ермаков, Никулин, П. С. и М. А. Медведевы, Свикке со своими латышами. Двое из них отказались стрелять в девушек, тут же были отстранены и на следующий день расстреляны. Вместо них были назначены иностранцы – А. Вергази и еще кто‑то. Всего палачей было 12.

К ночи на 17 июля собрались. Ермаков опоздал, он готовил и поил команду для сокрытия трупов. Прибыли и Голощекин, Белобородов. Здесь же находился неизвестный еврей из Москвы. Подогнали машину, шум мотора должен был заглушить выстрелы. Около двух часов ночи узников стали будить, потребовали сойти в нижний, подвальный этаж – мол, в городе неспокойно. 11 человек проснулись, умывались, одевались. Спустились вниз. Царь, Александра Федоровна, Алексей (отец нес его на руках), царевны Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия, врач Боткин, повар Харитонов, лакей Трупп и комнатная девушка царицы Демидова. Царица попросила принести стулья – принесли только два. Для нее и царевича.

Юровский попросил всех пройти к восточной стене (смерть должна была прийти с запада на восток, направление антихриста). Вежливо и деловито расставлял, он же был фотографом. Вот и теперь, как фотограф, регулировал – кому правее, левее, кому в первый ряд, кому во второй. После чего вошли убийцы. Юровский зачитал приговор. Царь попытался переспросить: «Как, я не понял?». Есть и другие версии – о вопросе «так нас никуда не повезут?» Но Юровский выстрелил в него. И сразу же началась бешеная пальба. Палачи поспешно разряжали револьверы и пистолеты. Комнату заволокло дымом, летела крошка известки, пули рикошетили, грозя задеть «своих». Юровский дал команду прекратить огонь.

Валерий Евгеньевич Шамбаров 

Маги в Кремле, или Оккультные корни Октябрьской революции

Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=5018599

«Маги в Кремле, или Оккультные корни Октябрьской революции»: Алгоритм; Москва; 2012

ISBN 978‑5‑4438‑0222‑0


Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.